Храм любви. Книга вторая. Леди грёз

Что касается верности в любых изживших себя отношениях, то в этом случае её лучше называть предательством совести, но я уже давно разведен и одинок. Разве я вам об этом не говорил? Единственная дочь уже давно взрослая и самостоятельная личность.

Он опять перекрестил меня, как перед операцией, добавив, что любовь – это Божья благодать и только в его силах её остановить.

Я, усмехнувшись, махнула рукой и села в машину. Казалось, я разрешила проблему, и никаких сообщений, никаких звонков вроде бы как больше не было.

Однако это, как выяснилось позже, не было правдой. Все-таки мне на факс однажды вновь пришло некое послание в стихах, о котором мне не доложили сразу. Это произошло тогда, когда меня в кабинете не было. Его на этот раз принял уже молодой аспирант, тот самый, который был закреплен за моей кафедрой и долгое время упорно ухаживал за мной. Часто находясь у меня в кабинете по профессиональной необходимости, он принимал звонки, и этот стих, пришедший на факс, его шокировал, а назывался:

Сон третий

Сквозь тьму ночей колокола

Зовут в туманы снов меня.

Ой, туманы, мои туманы,

Туман ночей, во снах романы.

Колокола, колокола,

Звон их в туманах снов всегда.

Леса, поля и небеса

Напоминают мне тебя.

В озерах глаз твоих давно

Русалки горя моего.

Поют мне песни и зовут,

Как будто счастье продают.

– Купи, купи за право быть,

С любой и счастье получить,

От щедрого царя глубин,

Где царствует порок один.

Разгул не сватанной любви,

Её любили моряки.

Отдай нам страсть, ты по одной,

Мы пустим в храм тебя морской.

Расстелем простыни любви,

Ты нам себя всем подари.

Ну, разве хуже мы ее,

Кого ты ищешь так давно.

У ней всё то же, что у нас,

Ну, хоть попробуй один раз.

Нашу любовь и наше тело,

Чтоб мука страсти не кипела.

Ну, посмотри на наши груди,

На наши глазки, губы, руки.

И сок любви в грудях кипит.

И на сосках росой лежит.

Испей, любимым быть велит.

И страсть любви боготворит.

Ну чем не ангелы любви,

И даже есть в паху усы.

– Свинцом залейте уши мне

Иль утопите страсть на дне.

Молю богов, клялся красе,

Что буду жить с одной везде.

Зачем, русалки, вам пред мной,

Скрывать богиню под водой?

– Мы отдадим её тебе,

Положим в ложе при луне,

Свечу подержим, и споем,

И даже ноги разведем.

А если страсти будет мало,

Мы ей потрем любви начало.

Ты от рожденья своего

Такой не знал ни у кого.