Семь лет за колючей проволокой

Далее всё пройдёт по отработанной схеме: чтобы у новичка не покатила измена, то есть не появились какие-нибудь сомнения, мешок надевали сначала доверенному «финалисту». Потом на голову новичку, но в тот же момент первый моментально должен сбросить с себя свою матрасовку, а новичка перевернут с ног на голову и вольют в его мешковину заранее приготовленный тазик с водой.

Представляете ситуацию? Довольно узкая матрасов-ка, да ещё и с водой – тут и захлебнуться немудрено.

Новичков в камере, считая меня, было четверо, и когда трое новичков и четыре сидельца Кешки выстроились у стола, Кешка повернулся ко мне:

– Ну а ты что ж, Режиссёр, не выходишь? Мандраж заел и яйца щемит, что ли?

– Да нет, не мандраж, просто не люблю… бег в мешках: слишком «умное» для меня состязание, – как можно увереннее ответил я с некоторой иронией.

Отлично понимая, что он не отстанет, пока не уговорит меня участвовать, я, тщательно обдумывая каждое слово, спокойно спросил: – Или что, ваша «олимпиада», как у ментов, добровольная, но принудительная? – То есть вроде бы и ничего обидного не сказал, но и уговаривать меня после таких слов ему явно не захотелось, однако улыбка с его лица моментально стерлась.

– Хозяин – барин! – нервно прищурился Кешка-Рысь и повернулся к «судье». – Начинай соревнования! – с явным недовольством бросил он.

Всё шло вроде бы по правилам, и вскоре в финал действительно вышли один из новичков и тщедушный паренёк лет двадцати – суетливая, сующая всюду свой длинный нос «шестёрка» Кешки-Рыси.

Тут-то я и заметил, как шнырь наполняет тазик водой, и хотел уже вступиться за новичка, но Юрий, словно почувствовав мой порыв, осторожно сжал моё плечо рукой.

– Не ввязывайся, Режиссёр! – чуть слышно прошептал он. – Кешка только и ждёт, когда ты во что-нибудь вмешаешься.

Немного поразмыслив, я решил, что Юрий прав и мне не стоит рисковать из-за незнакомого парня. Кроме того, оставалась надежда, что всё кончится для него благополучно, а он получит своеобразный урок, после которого вряд ли захочет пускаться в какие-либо тюремные игры.

В финале его действительно перевернули вверх тормашками, влили в матрасовку полный тазик воды и отпустили. Он долго пытался выбраться из мокрого плена и едва не захлебнулся, тем не менее никто даже не попытался ему помочь, а когда наконец несчастный сумел освободиться, то долго ещё откашливался. Все вокруг веселились и хохотали, что ещё больше меня разозлило. Моё настроение моментально зафиксировал Кешка-Рысь.