Семь лет за колючей проволокой

Вокруг меня находились такие же, как и я, люди, они о чём-то спрашивали, что-то говорили, а я смотрел на них бессмысленным взглядом и не понимал, чего они все от меня хотят. Наконец от меня отстали, подумав, что я глухонемой.

К счастью, этот психологический надлом продолжался лишь во время следования в Краснопресненскую тюрьму. Своеобразное переключение произошло в момент лязганья запоров захлопнувшихся за спиной ворот.

Я огляделся вполне осмысленно, вспомнил наглые рожи тех, кто подставил меня, и тут я осознал, что если не возьму себя в руки и сломаюсь, то эти наглые рожи вообразят, что они добились своего. От этой мысли «моё говно» настолько закипело, что я взял себя в руки и стал думать, как мне жить дальше.

Мне кажется, что в такой ситуации каждому человеку нужно на кого-то разозлиться, чтобы встряхнуться и собраться. В противном случае «похуизм» по отношению к себе самому может привести к серьёзным проблемам.

Затянувшееся безразличие к своей судьбе очень часто приводит к печальным последствиям. Спускается такой человек на зону, приходит в себя и вспоминает о ранее состроенной им легенде, но неожиданно сталкивается там с тем, с кем «кентовался» на пересылке и кому по простоте душевной в момент дикого стресса наплёл то, что до этого тщательно скрывал.

Ах, вот ты какой, оказывается?!! Предъявляются претензии, начинаются «крутые разборки». А ещё чаще всё печально заканчивается прямо на пересылке. И тут уж пощады не жди – срабатывает стадное чувство. Бьют, и бьют беспощадно, даже те, кто никогда в жизни не поднимал руку на человека.

Однако в пересыльной тюрьме зэк, ожидающий отправки на этап, как бы перерождается, возвращается к самому себе. Начинает запоем читать книги, писать стихи, рисовать или что-то мастерить. И это связано, мне думается, с тем, что закончилась наконец неизвестность, которая наиболее всего тяготит и опустошает душу.