Альбедо. Книга I

Кажется, пару дней назад он ужинал бургерами и пиццей, а вчера был консервированный томатный суп. Ему было лень разогревать его, и он прихлебывал суп прямо из банки, пока не порезался острой жестянкой. Или это было позавчера. Черт, с такой жизнью все как в тумане.

Варин сходил в гостиную и вернулся с двумя объемными пакетами. Он водрузил их на стол, развязал, оглядел со всех сторон, словно раздумывая, достаточно ли гармонично они смотрятся в этом творческом беспорядке.

– Начнем день с омлета, жаренных сосисок и сыра, – провозгласил он, выгружая содержимое, – Потом легкий салат из свежей зелени с оливковым маслом и ветчиной, тосты с маслом и джемом, а на десерт я прихватил фруктовое мороженное.

Убери его пока в морозилку, Лоренц. Из напитков есть тоник и минеральная вода. Ах, да. Есть еще зеленый чай, если хочешь. Вилки-то у тебя найдутся, я надеюсь?

– Сейчас посмотрю, мама, – проговорил Лоренц, не в состоянии скрыть собственное раздражение, – Лучше бы ты купил что-нибудь другое.

То, что действительно нужно разведенным мужчинам рано утром.

– Ты оценишь мои покупки немного попозже, Лори, – невозмутимо сказал Варин, убирая опустевшие пакеты в сторону, – И кое-что другое. Я не просто так заглянул к тебе в такую рань.

– Можно было догадаться. Но, если ты помнишь, я не люблю сюрпризы, – поморщился Лоренц, возвращаясь из кухни с посудой, – Поэтому если у тебя хреновые новости, то можешь говорить мне честно и открыто. Хуже мой день ты уже точно не сделаешь.

– Нет, у меня есть хорошие новости, и именно поэтому, я подожду, пока ты перекусишь и воспрянешь духом, чтобы не омрачать момент. Микроволновка-то работает? Можно разогреть?

Лоренц неопределенно пожал плечами. Кажется, в последний раз, когда он что-то разогревал, она точно работала. Или не работала, и ему пришлось это что-то есть холодным. Вспомнить бы до конца, но память на этот раз оказалась неумолима.

– Почему бы тебе самой не попробовать, мама? – хмыкнул он, обнаруживая остатки шампанского в бутылке возле стола, – Тебе не предлагаю.

Ты же у нас презираешь пьяниц.

– Презрение – это очень громкое слово, мой дорогой Лори Фрост, – отозвался Варин, раскладывая еду по тарелкам и поправляя приборы, – Скажем так, я не вполне их понимаю. Вот скажи, с чем связана твоя проблема? С Марлис или попыткой что-то написать?

Лоренц проглотил шампанское, отнес бутылку, вернулся и теперь стоял в дверях.

– Это обобщенное понятие, Варин.