Монохромность

Без свидетелей, без предпосылок или логической связи. Был человек – человека не стало. При этом вещи его лежат на месте, книги стоят на полках, компьютер включен, ужин греется на плите. Новое письмо так и осталось недописанным, фильм остановлен посредине, дверь квартиры заперта изнутри. Кто похищает несчастных, или куда они уходят сами – темная загадка Германии этого злосчастного года. Полиция разводит руками, власти воздерживаются от комментариев, журналисты и сумасшедшие строят сотни конспирологических идей. Кто-то сводит происходящее к мистике, кто-то уверен в кровавой череде серийных убийств , а кто-то считает, что это вторжение инопланетного разума или проявление воли Божьей.

Такими темпами совсем скоро начнется паника и массовая истерия. Люди теперь исчезают отовсюду. Из своих домов и квартир. Из школ и детских садов. Из борделей и баров. Пугает не сам факт исчезновения или пропажи: неизвестность куда страшнее. За два месяца полиция или волонтеры не обнаружили ни одного тела, а это уже наводит на размышления.

Я мрачно представил себе лицо Денниса Шимбера ответственного секретаря, главы нашего отдела, если статья Штефени окажется на его столе в первоначальном виде. Да он сожрет от злости свой безвкусный галстук, который меняет ежедневно по нескольку раз. Но это еще половина беды. После этого ей придется выслушать унылый бесконечный монолог на тему правил написания текста с соблюдением всех необходимых аспектов и ремарок. Это будет даже пострашнее исчезновения. Сам жирный олух последнюю статью набирал не меньше пары-тройки лет назад, как раз перед тем, как приблизиться к правящей верхушке, а теперь, скорее всего, даже не знал, как включить Word.

Деннис, конечно, не хозяин газеты, но держит себя так, словно является, по меньшей мере, канцлером. Про моего руководителя можно было бы сказать, что его испортили власть и деньги, если бы у него были власть и деньги, и если бы он раньше просто не был дерьмом.

Каждая жизнь, каждый пропавший человек – это отдельная история, своя комната, целый особняк или мавзолей, куда заколочены двери.

Я успел подумать, что название «Колыбели полной темноты» подходит для статьи об исчезновениях в городе куда лучше, чем «Темное Рождество», но не сказал ни слова.

– Хочу, чтобы ты прочитал ее целиком, когда я закончу, – Штефени широко улыбнулась. Не знаю, поверила ли она мне, – А что на счет твоих домов с привидениями? Уже нашел дорогу на тот свет?

Слова Штефени были так к месту, что я почти расхохотался.