Нигредо. Книга II

Или вся эта дрянь в пище и еде действовала на него иначе.

– А как же я? Я еще даже не начала писать статью. Идей много, но нет ни единого очерка.

– Резистентность организма? Зачем они берут медицинские справки с каждого резидента, как ты думаешь?

– Без понятия. Продолжай.

– Итак. Вернемся к теме идей и вдохновения. Прошло чуть больше месяца. Я хочу понять, откуда такое рвение? Творчество – спонтанно. Оно, как стихия. Как огонь, или волна, которую несет к берегу. Невозможно писать по заказу, не превращая искусство в ремесло.

А здесь, творчество стало физической потребностью, такой же, как сон или прием пищи. Не помню, что бы писал так усердно со времен печати в Берлине.

– Ты так и не скажешь о чем твоя новая книга?

– Нет, – отрезал Лоренц, но тут же спохватился и добавил, – Осталось совсем немного. Всего пара глав. Но я уверен, что это произведет революцию в литературе. В таком ключе, как я, не пишет никто. Ну, или, возможно, никто не пишет. Но давай вернемся к начальной теме.

Что ты думаешь по поводу моей идеи?

– Бредово, – вздохнула Николь, отхлебнув чая, – Слишком запутанная схема. И достаточно сложная. Даже если в чернилах содержатся какие-то химические соединения, они не могут постоянно находиться в организме. Люди приезжают и уезжают. Соответственно, если отталкиваться от твоей теории, творчество пойдет на спад, как только стимулятор перестанет поступать…

– Люди исчезают здесь, Николь. И я не хочу, что бы это произошло с нами.

Она нежно взяла его за руку, успокаивая.

– Милый, я тоже считаю, что с «МолоХом» не все в порядке. Я уверена, что под маской лазарета есть что-то еще. Но ты слишком сгущаешь краски. Все, что ты рассказываешь – нереально. Я думаю…

– Правильно думаешь, – подхватил Лоренц, – Именно поэтому я хочу понять, что стало с теми людьми, которые были в Вальдеварте до нас. Взгляни на этот список. Если эти люди продолжили творить, их имена должны возглавлять рейтинговые таблицы, звучать по радио и телевидению…

– Без интернета и доступа к базам данных, на поиск информации может потребоваться время.

Я могу попытаться что-то найти, но…

– Еще тринадцать дней до Ярмарки, – перебил ее Лоренц, – Какое счастливое число.

6.

Слезы под дождем

Как и ожидалось, день похорон выдался промозглым, тоскливым и серым. Простывшее солнце угрюмо пряталось за шумевшими кронами деревьев, а тревожный сырой ветер проникал сквозь легкие пальто, пробирая до самых костей.