Сверхпустота

– Если бы мы праздновали дни Рождения каждого колониста в криокамерах, – сварливо говорил он, – То могли бы не просыхать ни дня в году. Не знаю как вас, а меня бы это вполне устроило.

Впрочем, выяснить устраивало ли это остальных, было не суждено. Капитан строго следил за исполнением своих приказов, и сохранностью провизии, поэтому к холодильнику с напитками подходили только в субботу. Все. Кроме самого Капитана, разумеется. Макс частенько задумывался, видел ли он хоть раз отца без бутылки в руке, и все чаще понимал, что нет.

С другой стороны, что ребенок может знать о правилах поведения на корабле? Если есть выражение «семь пятниц на неделе», то может, Капитан решил назначать себе персональные субботы каждый день? Трудно сказать наверняка. Макс не спрашивал, а ему не говорили.

Настоящие праздники отмечали редко. Да и отличие от рутинных будней было незначительным – отец что-то невнятно бормотал по радио, вызвал к себе виновника торжества, потом играла музыка. Макс плохо разбирался в музыкальных стилях, поэтому даже какое-то фальшивое созвучие в пределах станции, казалось ему торжественным и бодрым маршем.

– Дэвиду сегодня шестьдесят! – говорил отец, едва ворочая языком, в сентябре – Всем за счет заведения.

– Лауре исполняется тридцать два, – объявлял он в августе, – Гип-гип-ура!

– Герману сорок четыре, – произносил он в феврале, – Какое счастье.

– Феликсу пятьдесят один, – бормотал он в мае, – Не выжри все, скотина.

– Сегодня Максимилиану восемь, – передал он по радио в ноябре, на удивление трезвым,– Поздравляю.

Можешь взять лишний батончик в столовой.

Максимилиан. Кроме отца, никто так не называл его.

На этом торжественная часть мероприятия заканчивалась. Не было ни подарков, ни торта, ни свечей. Даже не было открытки – отец не слишком склонен к сантиментам. Зато в честь дня Рождения сына он…

– Нализался, как последняя свинья, – рассказывал Максу Феликс, – Едва ноги передвигал. А то ты не знаешь своего папашу.

Если верить календарю Дэвида, сегодня восемнадцатое августа.

Кто его знает, как он определяет точное время года, если за иллюминаторами во все стороны сплошная темнота, да далекие белые звезды. Пройдет еще три месяца, и Максу уже будет девять. Подарков, конечно, не стоит ждать, зато Феликс, Лаура, Герман и Дэвид обязательно поздравят его. Поздравила бы и мама, если бы не та Первая Авария.

Но сейчас думать об этом совершенно не хотелось. Киновечер – куда более веселое занятие.