Рождение нации

Опыт армейской службы, где ему не раз приходилось вступать в казарменные конфликты со сплоченными джигитами, в которых он узнал их сильные и слабые стороны… Этот опыт помог ему в тех случаях, когда в школу чтобы «поговорить» пытались проникнуть данные «горячие» особи. В общем, когда Михаил стоял «на вахте», он не пропускал в школу в урочное время никого кроме сотрудников школы. Но в тот день в дверь школы посередине учебного дня буквально влетела и, не задерживаясь, энергичной походкой через вестибюль направилась прямо к лестнице молодая особа.

– Девушка, вы куда!… Стойте! Сюда посторонним нельзя!– сидящий «на вахте» Михаил вскочил, кинулся следом и схватил «прорвавшуюся» за рукав куртки.

– Пусти!– неожиданно громко воскликнула девушка и попыталась вырваться.– Вы… вы что новенький, не знаете, кто я такая!?– на ее лице отобразилось искреннее возмущение.

Михаил от такого тона даже несколько смутился, ибо дежурил в этой школе всего вторую неделю. Тем не менее, вроде бы весь местный педколлектив и прочую обслугу он уже более или менее знал.

Более того, естественное внимание обращал на молодых учительниц. А эта… нет, эта девушка ему была явно не знакома. Потому Михаил переборол смущение и заговорил тверже:

– Извините, а разве вы здесь работаете? Что-то я вас впервые вижу.

– Нет, я здесь не работаю… здесь моя мама работает, учитель математики Людмила Петровна. И я всегда к ней свободно проходила,– девушка продолжала говорить чуть не с вызовом, все время порываясь продолжить свое движение вглубь школы.

Но Михаил не пустил:

– Извините, но я вас не знаю, и потому пустить не имею права. Если же здесь работает ваша мама, то мы сейчас позвоним в учительскую, и ее к вам вызовут, если конечно она не на уроке…

Вот так и произошло знакомство Михаила с Викой Рыжовой. Вика довольно часто таким образом прибегала к матери, и Михаил уже беспрепятственно ее пропускал, так же как и ее младшую сестру Лизу.

Вике на момент их знакомства исполнился двадцать один год, Лизе – девятнадцать. После того как Михаил из-за вахтенного стола охранника перебрался в каптерку рабочего по зданию, он волей-неволей еще глубже окунулся во внутришкольную жизнь. Когда Михаил еще сам учился в школе, он и не подозревал о наличии столь большой «подводной части айсберга», невидимой, как правило, для непосвященных. Ученики и их родители обычно наблюдают лишь «надводную часть».