Второй шанс

После второй половины бокала, я нахрабрилась настолько, что решила заявить близнецам, что готова дать им шанс. Да и вправду, не погибать же из-за меня одной целому государству и таким красавчикам во цвете лет. Следующая четверть бокала уже окончательно выбила все мысли из головы, и меня неумолимо потянуло в сон. Никогда не умела пить. Всегда, когда доходила до кондиции, засыпала мертвым сном.

И в этот раз, я так же отключилась, прямо сидя в кресле. И не слышала, как близнецы вошли в комнату, чтобы позвать меня на ужин.

Как они, усмехнувшись увиденной картине, уложили меня на кровать, сняли с меня платье и обувь, оставив в одной нижней сорочке, и, раздевшись, улеглись по обоим от меня сторонам.

Вот правду говорят «утро добрым не бывает», а после моего вчерашнего запоя, голова была как царь-колокол. Я с мученическим вздохом открыла свои глаза и снова могла наблюдать, как мою тушку зажало между двух мускулистых тел одинаковой наружности. Воспоминания тяжело и неповоротливо зашевелились в голове.

Я точно помню, что в кровать я не ложилась и не раздевалась вчера. Значит эти добры молодцы меня вчера и уложили спать. Надо сказать ракханам спасибо, если увижу таковых. Настойка у них просто класс. Да что ж мне так хреново то с утра. Мои воздыхания и попытки встать не остались незамеченными, и две сонные моськи уставились на меня своими стальными глазами.

– Доброе утро, детка. Как самочувствие? – с довольной ухмылкой спросил Генор.

– М-м-мм… промычала я мученически.

Парни тихо засмеялись.

– Если бы мы знали, чем ты тут занимаешься, то сразу бы присоединились к тебе – с улыбкой сказал Микал.

– Дайте попить – жалобным осипшим голосом попросила я.

– У меня есть предложение получше – хохотнул Генор, и положил свою руку мне на лоб. От него по голове, а после и по всему телу расплылось тепло, которое уносило с собой все неприятные ощущения.

– Спасибо – ответила я уже нормальным голосом

– В следующий раз зови нас с собой – улыбнулся он мне, и нежно провел своей рукой по моей щеке.

Микал в это время прикасался к моим волосам, перебирая непослушные локоны между пальцев.

В этот раз я не стала отпрыгивать от них как ошпаренная, а прикрыла глаза, успокоилась и прислушалась к себе. Их прикосновения не были мне неприятны, даже наоборот. Когда Микал заметил, что я не бегу и не ору, то оставил мои волосы в покое и погладил меня по ноге, почти невесомо, вычерчивая какой-то замысловатый рисунок на коже.