Экзопланета Гигулатикус

И, снизу, Ванечке комично было наблюдать, когда второй робот немножко отошел от своих коллег и неожиданно повернулся к зеркальной поверхности купола, посмотрел на своё отражение и дотронулся металлическим пальцем сперва до одного, затем до другого глаза, будто убирая из глаз пылинки. В этот момент человек в скафандре весь выпрямился и одёрнул праздного андроида, и Ванечка прочёл свежую, совсем не потёртую, словно только вышитую надпись на спине его скафандра: КЛУМБА.

Вообще, КЛУМБА была зааббревиатуренным местом.

Так, всё когда-то начиналось с МЛУКБА: Международная Лунная Кратерная База, которую российские специалисты, переиграв порядок букв, стали между собой негласно называть КЛУМБА.

Когда Луна превратилась в совершенно международную территорию, с обилием корпусов и тоннелей, самый первый корпус МЛУКБА – стал Российской Лунной Кратерной Базой с новой соответствующей аббревиатурой РЛУКБА.

РЛУКБА активно ширилась по Луне своими корпусами. И тот первый корпус, с которого всё когда-то начиналось, приобрёл отдельное обозначение ЛРРЦ: Лунный Российский Развлекательный Центр.

В этом Центре было много чего, помимо бассейна, – преимущественно для тех, кто размещался во встроенном здесь же российском гостиничном секторе. Аббревиатура ЛРРЦ не прижилась, и тогда-то КЛУМБА по праву вошла в оборот. С того времени на Центре этом и закрасовались две надписи большими буквами КЛУМБА и, ниже, FLOWERBED!

Ванечка запомнил, как одна пассажирка из их лунного экипажа, при самой первой встрече с этими надписями, вдруг, улыбаясь, негромко сказала кому-то: "Я вот подумала, что если дословно переводить слово "flowerbed", то получается "цветочная кровать" или "кровать для цветов", – как это красиво, как тонко и глубоко продумано; похоже, в этой рукотворной искусственной, лунной кроватке таким цветочкам как мы будет очень комфортно!"

Затмение навело мрак.

Человек в скафандре и два робота, наверное, созерцали бы всё это здесь, под куполом, внутри, если бы не метеорит и вызванные им сбои. Но теперь они наблюдали снаружи. Люди и роботы под куполом. Человек и роботы на поверхности. Всё это, с роста десятилетнего ребёнка, в люминесцентных потёмках, – выглядело как-то причудливо.

Взрослые дружно разобщались. Кто-то хлопал. Некоторые пили шампанское. Несколько человек "зажгли" виртуальные бенгальские огни. Семь-восемь андроидов со свободным протоколом кучно, не без пластики, – танцевали под весьма приглушенную музыку.