Украсть Посейдон

На его фоне перепачканный в гуталин Петька со своим хвостом и рожками, выглядел жалко и убого.

Лагерь расположился на берегу искусственного водохранилища, которое все почему-то именовали морем. В девять часов утра в воскресенье Нептуна, которого изображал физрук, и всю его свиту погрузили на катер, который, совершив небольшой круг по заливу водохранилища, в назначенное время должен был по сценарию подойти к лагерному причалу. Пока капитан катера осуществлял этот несложный маневр, все участники представления собрались на юте.

Кроме Нептуна, русалки, пирата и черта в свиту повелителя морей и океанов входили лекарь, звездочет, брадобрей и иные забавные персонажи. Для каждого из них, в соответствии со сценарием, были распределены весьма специфические обязанности. Звездочет должен был давать смешные имена окружающим, пират – проверять всех участников праздника на кровожадность, брадобрей, понятное дело, со своим топором – рубить бороды и делать прически зрителям, а лекарь – раздавать едкую микстуру от кашля, изготовленную из соленой воды и перца. Русалку обязали капризничать, а морских Кикимор – громко хохотать и выдавать всевозможные смешные колкости. Только для Петьки и его персонажа конкретного дела не нашлось. Замдиректора лагеря – толстенькая Маргарита Наумовна Блюменфельд, задействованная в празднике на правах режиссера, дала указание Ухову: «Будешь бегать по причалу, озорничать и приставать к людям». Словом, даже в плане роли Петьке не повезло. Но самое позорное фиаско приключилось позже, когда катер с Нептуном подошел к причалу, где его радостно приветствовал весь лагерный люд. Нептун со свитой еще не успел сойти на берег, как кто-то случайно в сутолоке столкнул Петьку с трапа и он, под радостные возгласы мальчишек и девчонок, полетел в воду. После этого его театральная карьера, как говорится, накрылась медным тазиком и подошла к концу: картонные холмики на голове расклеились, хвост отвалился, а сам Петька стал напоминать не сказочную рогатую нечисть, а стопроцентного представителя негритянского населения планеты. Причем неопрятного и грязноватого. В эту минуту Ухову захотелось провалиться сквозь землю, стать невидимым или вмиг перенестись на какой-нибудь необитаемый остров, потому что все вокруг громко смеялись и, что самое обидное, нравившаяся ему Ира вместе с ними.