Черный рыцарь Артур Ярош. Книга 3. Защитник униженных

Высокий широкоплечий арестант вместе с Елизаветой принялся за свою работу, которую несколько затрудняла воцарившаяся уже кругом ночная темнота.

Впрочем, Елизавете мало пришлось работать. Здоровый, плечистый номер 148, в десять минут собрал все валявшиеся орудия и, закончив работу, доложил надсмотрщику:

– Я кончил.

– Хорошо, идите, – ответил Бриссон, и направился вместе с обоими арестантами к большим воротам.

– Идите скорей, номер 148. – сказал надсмотрщик широкоплечему арестанту, – догоните своих товарищей.

– Слушаю, – коротко ответил Пухлер и, ничем не выказывая явившейся в его голове мысли, он быстро пошел вперед.

Надсмотрщик же продолжал идти рядом с Елизаветой.

Немного спустя, они очутились в длинном темном проходе, и Елизавета вдруг почувствовала, как Бриссон обнял ее обеими руками. Хотя Елизавета подозревала что-то недоброго, она была поражена этой неожиданной выходкой надсмотрщика.

– Пустите меня, Бриссон, – дрожащим голосом воскликнула она. – Сжальтесь надо мной… я беззащитная женщина!

– Милая, голубушка, не будь такой упрямой! – произнес надсмотрщик, тихо посмеиваясь.

Елизавета всеми силами сопротивлялась, стараясь, вырваться из рук негодяя. Когда же она почувствовала, что он хочет прижать ее к себе, она невольно вскрикнула от ужаса. В этот миг, что-то темное быстро зашевелилось, и в темноте раздался грозный голос.

– Черт побери, негодяй!

И не успел Бриссон обернуться, как его уже схватили чьи-то железные руки. Через миг он уже лежал на земле, а его шею обхватили железные пальцы, давившие ему горло словно клещами.

Бриссон не успел, и вскрикнуть, слышно было только слабое храпение, а затем все затихло.

– Елизавета, это я… Пухлер… Не бойтесь, кажется, я задушил этого негодного надсмотрщика.

– Пухлер… благодарю вас, – дрожащим от волнения голосом ответила несчастная девушка.

– Но что вы сделали, безумец, вас накажут, может быть, смертью.

Но широкоплечий арестант ответил только легкой улыбкой.

– Напрасно вы тревожитесь, – возразил он. – Негодяи никогда не узнают, кто сделал это и кому вы, Елизавета, обязаны своим спасением. Какой дурак был этот Бриссон! Он думал, что я отправился к своим товарищам, он не замечал, как я пробирался вслед за ним, словно ночная тень.