Разберёмся по-семейному

Он – гений, ты понимаешь? Обыкновенный гений, со всеми своими гениальскими зай…бами, привычками, дурью. Ты знаешь, что ему чуждо даже чувство любви? Оно – слишком земное, это чувство, оно принадлежит нашему мирку.

– Вот как? – поразился Барский. – А как же…

– Я? – в голосе девушки звучали слезы. – А никак. Он ко мне просто привык. Я ему стараюсь не очень надоедать. И поэтому мы с ним сосуществуем. В этаком симбиозе. А я его люблю… – И Наташа заплакала.

Этого Барский тем более не мог простить Фимке и всякий раз при упоминании об этом человеке, поскрипывал зубами и сплёвывал.

* * *

– Кто-то держит все это дело под колпаком, – сказал Барский. Он был слегка разочарован, так как надеялся, что через милицию найдет достаточно информации для того, чтобы начать собственное расследование, не прибегая к помощи ФСБ. – Однако у каждого постового и гаишника уже есть фотография и приметы Фимы и его тачки. Тебе хоть известно, чем он занимался в последнее время на основной работе?

– Он сказал, что каким-то «русским щитом».

Это что-то вроде противоракетной системы.

– Знаю, – кивнул Барский.

Идея «Русского щита» отчаянно дебатировалась в научно-военных журналах США. Информация об этой новой системе защиты территории от возможного ракетно-ядерного удара просочилась на Запад еще года три назад. Идея эта отчасти брала начало со схемы «звездных войн», но станция слежения по отечественной версии базировалась не в космосе, а в ионосфере, где постоянно должны были барражировать три сверхскоростных и сверхвысотных самолета с радарным оборудованием.

В случае запуска ракет на наземные пульты отдавалась соответствующая команда, и поднимавшиеся в воздух наши ракеты сбивали ракеты противника, не позволяя им долететь до границы. После полуторагодовых дебатов Запад дружно решил, что сделать наведение ракет «щита» достаточно точным возможно только на компьютерах следующего тысячелетия.

– Он как-то показал мне один американский журнал и сказал, что америкашки выполнили за него всю работу, – продолжала Наташа.

 – Они произвели все мыслимые варианты расчетов и пришли к выводу, что выполнить эту задачу сможет только компьютер на базе 786-го процессора. А он почему-то раньше думал, что можно обойтись 686-м.

– 686-х компьютеров не существует, – буркнул Барский. – Все, чего достигла человеческая мысль – это 586-е – то есть пентиумы.

– Раз их еще не существует, значит он их придумал, – упрямо сказала Наташа.

– Он не мог их придумать.