Другое человечество

В течение минуты стояла полная тишина, и Сэм постучал снова. Послышался звук приближающихся шагов, и сонный женский голос осторожно спросил:

– Кто там?

– Это я, – быстро ответил Сэм. В его голосе слышались нотки восторга.

– Виккенс, это ты? – удивленный голос донесся из-за железной, местами проржавевшей, но прочной двери.

– Я, это я! – возбужденно воскликнул Сэм, – откройте скорее!

– Ты знаешь, который час? – раздраженно спросил женский голос.

– Да, знаю, но я не мог больше ждать, мне нужно увидеть Эллис, – настойчиво произнес парень.

– Она еще спит, – сказала женщина за дверью.

– Можно мне зайти? А то на улице очень холодно, я подожду, пока она проснется.

Послышался лязг старого замка и в замерзшее лицо Сэма ударил теплый воздух, дверь со скрипом открылась, и он вошел в дом.

Внутри стоял полумрак и лишь один камин освещал маленькую гостиную, где стоял потертый диван и деревянный круглый стол, на котором тикали старинные часы. Стрелки показывали пять утра.

Девушка зажгла масляную лампу и поставила ее на стол.

– Заходи Сэм, – сказала она, будешь чай и кофе?

– А у вас есть? – удивленно спросил Виккенс.

– Немного осталось, – вздохнув, ответила хозяйка.

– Тогда кофе! – радостно воскликнул парень.

Девушка достала из настенного шкафчика с одной дверцей котелок со множеством вмятин, налила воды из кувшина и повесила над огнем, горевшем в камине. Сэм вошел в прихожую, разулся, снял теплую кожаную куртку утыканную шипами и повесил ее на ржавый гвоздь, вбитый в стену.

Затем взял свой рюкзак и, пройдя в гостиную сел на скрипучий диван. Виккенсу было семнадцать лет, его черные длинные волосы торчали из под рваной шапки, которую он практически никогда не снимал, на его старом кожаном ремне висел большой нож. Парень был обычного телосложения, высокий и зеленоглазый. Люди знакомые с ним, а знали его практически все, были хорошего о нем мнения, отмечая его отзывчивость и добродушие. Он был очень любознательным юношей и всегда стремился узнать, что-то новое о мире, в котором жил. Делал вылазки в такие места, куда ни сунулся бы никто в здравом уме.

Виккенс всегда всем старался помочь, и никого никогда не оставлял в беде. Родных у него не было, отец пропал без вести в одном из рейдов, а мать умерла год назад от пневмонии. Сэм сам похоронил ее и теперь остался совсем один. Сейчас он сидел и задумчиво смотрел на камин, в котором танцевал огонь и потрескивали дрова.