Королевство прекрасных дам. Грустная сказка

Ему не понравилось, что его инициативу перехватили и пытаются присвоить себе лавры признания, одобренной монархом идеи. Он даже хотел вновь оттеснить Советника на задний план своей массивной фигурой, но не успел. Холодный ответ Короля остановил его:

– Вот над этим подумайте вы! Кто у нас Прокурор-жандарм?

– Слушаюсь! – с недовольством и сомнением произнёс блюститель закона и как бы в оправдание пробормотал. – Только мы, карательные органы, думать не приучены. Мы привыкли исполнять.

Такой мягкий ропот неожиданно вызвал гневный взгляд Короля в сторону Прокурора.

Поймав на себе эту тень монаршего недовольства, жандарм напрягся, вытянулся по стойке смирно и громко поправился:

– Раз вы приказываете, Ваше Величество, то потужимся и исполним!

– Вот и тужьтесь! – сухо и сурово приказал глава государства.

Чтобы не болтнуть лишнего и не вызвать новую порцию раздражения начальства, Прокурор демонстративно отошёл в сторону от трона и попытался изобразить начавшийся у него мыслительный процесс. Он закряхтел, засопел и напрягся до покраснения.

Демонстрация туженья была такая наглядная и зримая, что любому стало очевидно, чем в данный момент занимается главный полицай страны. Оставалось лишь опасаться, что этот процесс закончится не рождением новой идеи, а чем-то другим дурно пахнущим, что появляется у того, кто сильно тужится.

В это время Король продолжил поучения своих подчинённых новыми откровениями:

– Поймите, я не хочу управлять государством, если мои подданные меня не любят. Из-за этого все неприятности в стране.

И у меня мигрень начинается. Я ведь догадываюсь! Я знаю, что у нас ещё есть люди, которые меня не любят. В глаза, пожалуйста, смотреть!

Последняя фраза, сказанная жёстко и сурово, должна была напомнить присутствующим о недоверии монарха даже им, ближайшим соратникам и сподвижникам.

– Ваше Величество! Подданные вас любят! – поспешил проявить свою преданность Советник. – Они просто скромные и поэтому свою любовь к вам умело скрывают.

Не желая отставать от главы администрации, суетливо вставил заверения о своём почтении и Политик.

Он неуклюже высунулся из-за спины Советника, где прятался от нападок Прокурора и прокричал пискливым тоном:

– Да, да, мы скромные. Особенно я…

После этого он вышел вперёд и, потупив взгляд, честно признался Королю:

– Моя скромность может сравниться только с моей застенчивостью.

– Тогда я отменяю скромность! – решительно приказал мудрый монарх и обернувшись в сторону Советника добавил.