Нашествие. Мститель

– Как говорит Максар, чтобы победить противника, нужно понять его, стать им.

За пеленой града мелькнул силуэт. Ещё и ещё один.

– Вижу их, – прошептал Дамир.

– Я тоже, – отозвался Зармис. – Нам нужно любой ценой пробиться к переправе.

– Иди сюда. Видишь бетонную плиту среди камней? Я бегу – ты прикрываешь, потом – меняемся. Дальше действуем по ситуации.

Дамир взвалил на плечо Горана.

– Ты что, его потащишь? – удивился Зармис. – Так – точно не уйдёшь.

– Рискну. По-моему, он нужен им живой. Если нет… значит, нет.

Воспользуюсь им как щитом. Готов? На счёт «три» – пали. И раз, и два, и три!

Дамир бросился под град, мечась из стороны в сторону, то падая, то вскакивая, роняя стонущего Горана на камни. В Дамира стреляли. И могли попасть раза два. Стволов было минимум шесть. Значит, не хотели попадать!

Вот она, долгожданная плита. Дамир швырнул под неё Горана, устроился рядом и прошептал:

– Ваши стараются. Какой ты, оказывается, ценный старик!

Горан снова закудахтал, приводя Дамира в замешательство.

Отсмеявшись, пленник сказал:

– Сейчас, вархан, я тебя сильно удивлю. Не знаю, зачем тебе это говорю… и все-таки. Это – не мои люди. Это – ваши люди. Они знали, что вы проедете тут со мной, и ждали. Пораскинь мозгами…

– Дами-и-ир! – заорал Зармис. – Прикрывай!

Дамир высунулся из убежища и открыл огонь. Бежавшие к паромобилю попадали, но снайперов, целившихся из оконных проемов, он сдерживать не мог. Зармис бросился вперед, но тут же рухнул ничком, да так и остался лежать.

Дамир стиснул зубы и принялся отстреливать отползающих врагов. Из-за града невозможно было рассмотреть их лица и сказать, кто это: варханы, терианцы или кто-то ещё.

– Теперь мы в одной упряжке, вархан, – усмехнулся Горан, взбесив Дамира. – Ты убьешь меня, потом тебя подстрелят…

– Заткнись! – буркнул Дамир, снова выглянул: противники брали его в кольцо, но близко подходить не спешили, рассчитывали, что скоро он израсходует заряд и не сможет отстреливаться.

Хлоп! Рядом с ухом о бетон чиркнула игла.

Парализатор! Старик прав. Аккуратно, почти нежно Дамир положил руку на седой затылок, второй зафиксировал подбородок. Старик смотрел без ненависти, его глаза улыбались.

Хрустнули позвонки. Горан принял смерть как настоящий воин – с усмешкой на устах. Если бы все повстанцы были такими, берсерам пришлось бы несладко. Дамир схватил разрядник, пальнул для острастки, накинул капюшон и бросился туда, откуда они приехали, в сторону, противоположную переправе.