Враги по оружию

Люди против, но головорезов его боятся.

– Сведения достоверны? – поинтересовался Хват.

– Более чем. Если что изменится, я сообщу. Людям ничего не будет?

– Смотря как они себя поведут.

– Когда вас ждать?

– Ближе к ночи, – в голосе Хвата звякнул металл, – спасибо. До связи.

Макс вытер пот и уставился в окно, откуда открывался вид на сараи, сколоченные из ржавых листов жести. Над черепичными крышами возвышался железный домик дозорной вышки с винтовой лестницей и закопченной трубой. К опорам крепились огромные прожекторы.

Макса мучило дурное предчувствие. Правильно ли он поступил, решив за всех? Или они правы: нельзя пускать в дом чужака? Но если домочадцы погибают, а этот чужак – единственный, кто может их спасти? Пусть даже от самих себя…

Поздно терзаться сомнениями – дело сделано. Хлебнув из кружки воды, Макс спустился к отцу. Тот вытирал ветошью гончарный станок, насвистывая под нос. Кивнул, глянув на сына. В его взгляде Максу померещился упрек.

На улицу Макс решил не выходить, смотрел на суету из-за стекла.

Заламывая руки, бегали бабы. Мужики таскали к гаражам пожитки. Плакали дети, ревел скот, ржали лошади. Скрипя колесами, покатилась телега с пожитками, запряженная Молотом, сзади ее подталкивали двое его старших сыновей, мощных, кряжистых, как и папаша.

Солнце скрылось за холмами, и на Пустошь опустилась долгожданная прохлада.

* * *

День у капитана Кира выдался неудачный. Из-за халатности повара бо?льшая часть солдат, да и сам Кир страдали животом – приходилось постоянно устраивать привалы, из-за чего снижалась скорость передвижения и рота отставала от графика.

К тому же он, командир роты, так и не смог выспаться. Только смыкал веки – живот начинали скручивать спазмы, и Кир бежал за танкеры.

Повар сполна получил за порченое мясо и весь день провалялся в грузовике. К вечеру он побледнел, покрылся холодным потом и потерял сознание. Чтобы хоть как-то усмирить злость, Кир велел повесить его у ворот ближайшего гарнизона.

Измученные коликами солдаты приняли приказ на ура. Но удовлетворения это не принесло. У Кира раскалывалась голова, ломило все тело, и глаза норовили закрыться. А он – командир роты и должен быть начеку!

По раскатанной дороге, поднимая клубы оранжевой пыли, катила колонна. В раскаленных кузовах грузовиков страдали солдаты, водители крутили баранки, не обращая внимания на едкий пот, заливающий глаза. Командный состав трясся в танкерах.