Пленники Аладара

И то, эти люди нет-нет, да и преподносят сюрпризы, которые невозможно объяснить никакими законами физики, химии или чем-то вообще!

– Загадок у них действительно очень много, а вот отгадок у нас никаких, может, дальше что-то прояснится, они вроде обещали…

– Да подожди ты со своими загадками-отгадками, – перебил Кэна все это время внимательно слушавший повествование начальника Вик. – Давай, Сэм, что там дальше было, что в лагере, как девчонки?

– Ладно, ладно, Вик! Думаешь, не знаю, о каких девчонках переживаешь? Сразу могу успокоить, все нормально с твоей Натальей – все о тебе страдала, спрашивала, где ты да что? А ты вот только сейчас и поинтересовался, как она!

– Да если хочешь знать, я…

– Успокойся, я понимаю, что все, мол, так, и в таком положении… И поэтому не виню! Рассказываю дальше.

А дальше достал наш Александр из кармана куртки что-то вроде металлического стержня длиной миллиметров сто пятьдесят, раздвинул его, как указку, так что длина увеличилась почти в три раза, и пошел прощупывать этим штырем весь бывший провал.

Когда дошел до конца, зашел на полметра в воду и уже по ней побрел назад, где все это время находился я и наблюдал за его манипуляциями. Пройдя все так же в воде половину пути, он остановился, промерил щупом грунт вокруг себя, затем достал свой старый приборчик, направил его на противоположный берег реки, глянул что-то на нем, нажал какую-то кнопку и аккуратно опустил прямо себе под ноги в воду. Наверное, минут пять Александр простоял, никуда не сходя, на одном месте, внимательно посматривая куда-то на противоположный берег. Потом аккуратно попил из ладошек воду, так же бережно умыл лицо, улыбаясь, зашагал в мою сторону, приветливо махая.

– По-моему, Александр, вы забыли в воде свой приборчик? – попытался напомнить я ему.

– Для вас всех: зовите меня просто Саша! А прибор – лавер – оставлен там специально. Сейчас бы горячего крепкого чаю! Пойдемте уже в лагерь; все, что надо было, мы с вами сделали, теперь там вполне безопасно.

– Все как-то странно! Вот ты, Саш, можешь мне объяснить, что, собственно, происходит здесь? И прибор – название какое-то… сроду не слышал?

– Вам чуть позже объяснят другие, более компетентные, чем я, люди, что к чему! Пока могу сказать лишь, что идет негласная война, как была холодная война при СССР, только здесь нечто другое, и последствия могут быть не менее, если не более страшными.