Пленники Аладара

Вот если бы на нем светилось какое-нибудь табло, я бы обязательно поинтересовался, а так…

Когда я появился в этих необычных пещерах, мне по пути встречалось немало мужчин, женщин, человек около двадцати. По здешним меркам я не думаю, что это мало, да и то, это только те, кого я встретил. Наверняка их еще больше.

Мне просто интересно – чем они тут занимаются? Чем можно заниматься в этом каменном мешке? То, что они построили, я вижу, хвала им и честь! Ведут они с кем-то непонятным какую-то неясную войну – ну не воюют, лежа, как они, в кроватях! И еще…

– Что-то ты, командир, разошелся! Пока что мы ни хрена не знаем, что толку рассуждать! Обещал дед устроить для нас встречу – там и спросим все, что нас интересует, – сказал Вик.

– Действительно, чего раньше времени голову ломать? Давайте еще по одной да спать – время-то уже…

Кэн подал каждому по рюмке, со всеми чокнулся и, не дожидаясь других, сразу выпил. Махнул рукой в сторону своей комнаты: вы как хотите, а я к себе, бай-бай, – засунул в рот недоеденный огурец и удалился.

– Испортил я всем настроение, – вздохнул Сэм.

– Все нормально, шеф! С утра столько впечатлений! Я считаю, мы очень хорошо пообщались и повеселились! Конечно, маленько подустали. Пора бы и честь знать!

– Ты прав, Вик! Давай с утра в парную с бассейном – здорово бодрит!

– Я не против, только не раньше девяти, а лучше – десяти часов.

– Ладно, лентяи, я вас в девять растолкаю! Наливай еще по одной и айда по местам дислокации.

– Держи, Сэм. За содружество!

Санаторий в лабиринте

Утром Вик проснулся, когда на часах не было и семи. Перевернулся на другой бок, пытаясь заставить себя уснуть хотя бы еще на часок. Сна не было и в помине. Открыл глаза, прислушиваясь к себе. Голова на удивление ясная, как будто он минимум месяц не употреблял ничего горячительного. Во рту, как ни странно, отсутствовал неприятный привкус, появляющийся при сильном похмельном синдроме.

Вик еще минут пятнадцать валялся на широкой постели, ни о чем не думая, просто наслаждаясь свободой. Потом взял с прикроватной тумбочки пульт-прищепку, подцепил к мочке уха, напел негромко: «Кто может сравниться с Матильдой моей…». Вскочил с кровати, сделал легкую зарядку, схватил в шкафу полотенце и почти выбежал из своего номера, намереваясь растолкать Сэма ради сауны.