Гармония. Повести и рассказы

Наслаждаясь запахом леса и прохладой, подошли к роднику, возле которого непугливые птички неспешно пили воду, а затем, искупавшись, стали встряхивать с пёрышек воду.

– Какая прелесть! – не отводя глаз, восклицала Алеся. – Невероятно, центр Москвы – и такой смиренный уголок, – не переставала восхищаться она.

Незаметно подошли к небольшому пруду, по глади которого привольно плавали утки.

– Как же здесь спокойно и тихо, и совсем не хочется возвращаться к «дорогому» дядюшке, – с огорчением прибавила она, явно ища поддержки в глазах Алексея.

 – Но придётся.

– Потерпи немного, что-нибудь да и придумаем, – приобняв её, уверенно поддержал юноша. – Нам сейчас, самое главное, предстоящее испытание надо пройти на отлично.

– Выходит, увидимся теперь не скоро. Факультеты-то разные, соответственно, и расписание экзаменов у каждого своё, – вздохнула она тяжело, опустив потухшие глаза.

Глава 4. Соблазнение

Прошёл месяц. Поступили оба.

– Бывает же такое! – ходя взад-вперёд по комнате, не унимался восклицать Владимир Петрович.

 – И что удивительно, без всякой протекции поступила же, и ни куда-нибудь, а в МГУ. Такое, племяшка, надо обязательно отпраздновать.

– Вот тётя Валя приедет, тогда и отметим, – сдержанно ответила Алеся.

– Когда это будет, она же на неделю к сестрице своей в Рязань укатила. А душа-то праздника просит сейчас и сегодня.

– А что мы вдвоём будем отмечать? – вскинув бровь, полюбопытствовала девушка.

– Почему вдвоём?! Я Ваньке, брату твоему, позвонил, с минуты на минуту должен подъехать.

Не успеем на стол собрать, как он тут как тут.

Но прошло полчаса, а потом ещё полчаса, а никто так и не заявился.

– Где ж ваш сын долгожданный? – не вытерпев, осведомилась Алеся.

– Наверное, на работе задержали или загулял с кем-то, – пожав плечами, неопределённо высказался дядюшка, – ведь молод ещё, ветер в голове. – Да к тому же и кровушка бурлит, – почему-то прибавил он.

– Тогда я спать пойду, устала я что-то, день-то напряжённый был, – зевнув, заявила племянница.

– А я что, один буду отмечать твой триумф, – сразу как-то сникнув, произнёс Владимир Петрович, – да и не привык я пить в одиночку.

– Здесь уж точно ничем не смогу помочь, поскольку терпеть не могу это пойло. Так что извиняйте, дорогой дядюшка, но в качестве собутыльника я никак вам не подхожу, – и она, снисходительно улыбнувшись, отправилась в свою комнату. Устало добредя до постели и не раздеваясь, плюхнулась прямо на покрывало. Сон тут же сморил её.