Меня убьют четвертым выстрелом

– Ник, – вскрикнула она, – какая неожиданная встреча. Надо же было мне так оплошать как раз возле твоего столика. В любом случае, спасибо. Как поживаешь, Ник?

– Благодарю. Неплохо. – сдержанно ответил Портер. Он не знал, как правильно реагировать на бурную радость шестнадцатилетней девочки. Особенно, в присутствии ее мамы. – Как ты?

– Да мало что изменилось с момента нашей последней встречи на беговой дорожке. Думаю, и у тебя тоже… Знакомься. Это моя мама. Ее зовут Аманда. Мама, это Ник Портер. Мы занимаемся в одном спортивном клубе.

Он математик, – добавила она с такой гордостью, как будто представляла Нобелевского лауреата. – И баскетболист.

– Бывший баскетболист, бывший математик, – поправил Ник.

– Про бывших баскетболистов слышать приходилось, – улыбнулась Аманда, – а вот бывший математик – это что-то новенькое. Неужели позабыли все формулы?

– Большинство, – признался Ник. – У них есть потрясающая способность выветриваться из памяти за ненадобностью.

– Точно, – обрадовалась Миа, – выветриваются.

Расскажи это моей училке. Старая мымра уже достала всех своей зубрежкой.

– И уверена, что делает это из добрых побуждений.

– Откуда ты знаешь?

– Все учителя одинаковы. Я сам таким был.

– И что же изменилось? – спросила Аманда.

– Не очень многое. Просто в один прекрасный момент понял, что половина класса знает все лучше меня.

– А вторая?

– Вторая забывает то, что я говорю, еще до конца фразы. И я, как ни странно, на них за это совершенно не в обиде.

Аманда чуть отвела глаза в сторону.

Задумалась.

– Видимо, вы правы. Здесь не на что обижаться. Память сама решает, что ей сохранять. К счастью, это относится не только к формулам…

– Не только, – согласился Ник. – А почему – к счастью?

– Потому что способность забывать – это один из величайших даров, который мы получили от природы.

– И вы думаете, он делает нас счастливее?

– Я думаю, каждый из нас готов с радостью забыть определенные моменты своей жизни. Или вы с этим не согласны?

– Не согласен, – после небольшой заминки ответил Портер.

 – Уберите их от меня, и я буду уже совсем другим человеком.

– Лучше? Хуже?

– Не имеет значения. Просто – другим.

– И вас это печалит? – Аманда со все возрастающим интересом смотрела на Портера.

– Скажем так, тревожит.

– А знаете, что меня тревожит? – вмешалась в разговор Миа. – Что мы стоим на виду у всего зала и ведем псевдофилософские беседы. Какие же вы, взрослые, зануды. Я есть хочу.