Осиново

Марфа их голоса из избы слышала, а вскоре уж и в огород к Фёдору повадились ходить, всё стоят да смотрят, как муж её работает, жеманничают, будто ждут чего-то, да на окна поглядывают. Выманивают девку. Дразнят.

Марфа сердцем чуяла: не надо из дома выходить, на глаза им показываться, но не могла глядеть, как вокруг Фёдора они хвостами крутят. Хоть и знала Марфа, что не поволочится за ними муж её, только беседу поддерживает, а сердцу не прикажешь.

Вышла всё же, не стерпела, стакан родниковой водицы Фёдору вынесла.

Девки так рты и позакрывали. На них уставились. Фёдор из рук воду принял, отпил, в благодарность к себе потянул, поцеловал. У Марфы такое тепло в груди разлилось, гордость, что её Фёдор выбрал, а не бабёнок осиновских. И вдруг что-то кольнуло её в животе, побледнела она вся, ослабла. В избе скорее скрылась, не заметив, с какой злобой девки вслед её смотрели. Муж, на счастье, и не заметил её состояния.

Три дня пролежала, не вставая, на одном боку. Уж каких докторов к ней Фёдор ни возил, даже батюшку приглашал из часовни.

Как все силы Марфу разом покинули. Ни есть, ни пить не может. Бредит. И всё видится ей не то сон, не то явь. Будто Фёдора она в поле работать на тракторе провожает. Сквозь сон её сказал он, что отбывать ему пора, встал с кровати, оделся и поцеловал Марфу на прощанье. Она ответила ему добрым напутствием, едва открывая веки в кромешной сельской темноте, которая сочилась через окна к ним в избу. Они вышли в сени, она закрыла за ним дверь на засов и вернулась в кровать. Заскрипели половицы на крыльце, скрипнула входная дверь. Буквально в ту же минуту Марфа задремала. Девка спала крепко, но душу её мучили волнения. Что-то очень неприятное, не страшное, не ужасное, а именно неприятное… Мутное, словно русло местной болотной реки. Потом сквозь сон до неё добрались звуки из избы, словно кто-то возился в сенях. Лёгкая полудрёма окутывала её, когда он коснулся волос её и сказал, что вернулся уже с полей, она едва веки разомкнула. Фёдор рядом на кровати с ней сидел. Уставшим был и понурым, спать хотел. Марфа спросить пыталась: «Но как же?..» – «Там что-то неладное творится… С трактором…Не работает, экая чертовщина», – произнеся эти слова, Фёдор лёг, повернувшись к ней спиной, а она обняла его сзади. Марфа не стала расспрашивать его о том, что случилось, тормошить. Им нужно было уснуть. Но сон как рукой сняло, что-то мрачное и холодное на душе у нее ёрзало, спать не давало, будто жаба какая на груди у неё сидела.