Вовне. Том 1. «Нея»

Скорее всего»

«Загадочные исчезновения чиновников марсианских государств продолжаются»

«Новое поколение биоников будет понимать человеческие эмоции лучше людей»

Михаил задумался, забыл позвонить Джэй и выключил экран.

“Если ты читаешь это, то я мертв и скоро здесь будет кто-то следующий. Пожалуйста, позаботься о моей семье…”

Он перебирал в голове куски последних снов, пытаясь найти если не верные ответы, то хотя бы правильные вопросы. Кому можно передать сообщение, просто написав текст на внутреннем экране? Родным, которые после смерти получат зашифрованный чип? Тогда кто должен заботиться о семье?

Встревоженные пассажиры космолета «Луна-Земля» нервно перешептывались, рассказывая друг другу услышанные от кого-то версии вчерашнего захвата.

Но многочасовой досмотр перед посадкой и вооруженные охранники в каждом отсеке салона внушали если не спокойствие, то хотя бы его иллюзию.

Михаил вспомнил про слова Николая, что надо попробовать осознать себя спящим в дреме, и тогда он сможет что-то сотворить в том мире.

Но он долго не мог уснуть и прокручивал в голове события этих дней. Повторял какие-то слова и придумывал новые вместо сказанных. Через какое-то время поймал себя на том, что уже не может быть уверен в своей истории – столько красивых деталей появилось в его версии, и он уже не различает среди них реальные события. Только после долгой приборки в голове Корнеев наконец ощутил падение в мутные воды сна.

Марсианин/21.09.2095

«Я снова рисую. Это снова графика, как будто серый может описать всё на свете.

Я снова рисую Его. Снова рисую Его и говорю с ним.

Обычно я долго рисую Его голову, чтобы быть уверенным, что это будет Он. Глаза, чтобы он видел, каким я стал. Потом уши, чтобы рассказать ему всё. Рот я рисую в конце, потому что знаю всё, что он мне скажет. И не хочу это слышать.

– Я собрал марсоход. Ты понимаешь? – он дважды моргает. – Хорошо. Мне обещали деньги за него на этой неделе. Тогда можно будет заняться нашим проектом.

Мало кто знает, что серый получают, смешав красный, зеленый и синий в равных пропорциях.

Картина кажется депрессивной, но в ней спрятаны бурые камни, трава моей фермы и марсианский закат. Впрочем, нет, я ничего не спрятал. Это люди видят мрак, потому что он внутри.

– Не знаю я, зачем это всё, – я смотрю в его глаза в поисках понимания, осознавая, насколько это глупо. – Мог бы сделать проект для себя одного. Уйти и наплевать на миллиарды этих идиотов. Им ведь ничего не объяснишь.