Главный редактор

«Возможно, оно к лучшему, – рассуждал Петушков. – Пусть держит руку на пульсе. А когда придет время попрощаться с Полиной, быстро войдет в курс дела. Да и с сотрудниками контакт будет налажен».

Разумеется, никто из них понятия не имел о замыслах Петушкова. Мазуркевич и Женя втихую ненавидели друг друга, хотя работали в разных отделах и поводов для разногласий как будто не было. Женя с детства находила общий язык со всеми, поэтому недоумевала, с чего старая карга взъелась на нее. Мегера не могла прознать о мечтах занять ее должность – вслух заветные фантазии Женя не озвучивала.

В конце концов, она прекратила ломать над этим голову и поняла, что правильная тактика – пропускать мимо ушей извержение желчи перекрашенного, слащаво надушенного мешка с костями. Ей не приходило на ум, насколько отрадно Петушкову было видеть, как быстро и успешно идет процесс «закалки стали». На его глазах одаренное, но пылкое создание превращалось в хищника, умеющего терпеливого выжидать, контролировать эмоции и отражать провокации. О том, как скоро этот хищник покажет зубы, он не думал. А стоило бы подумать.

* * *

В эту пятницу Петушкова не волновали тонкости кадровой политики. И хотя головомойку отдельным персоналиям он планировал устроить, распри Мельниковой и Мазуркевич не стояли на повестке дня.

Когда конференц-зал заполнился, Петушков с ловкостью, неожиданной для крупной комплекции, поднялся с кресла и прошелся туда-сюда. Затем вытащил из развалов бумаг сверстанный субботний номер «Дельца» и бросил на стол.

Тот, словно неуклюжий фигурист, скользнул по полированной поверхности.

– Пятнадцать минут назад я получил вот это. Мечтаю понять: что сие значит, господа?

«Господа» устремили взгляды на лист формата А2 – черновик завтрашнего выпуска вражеского издания. Это была первая полоса. Под завитушками «шапки» белозубой улыбкой сверкала фотография Санчеса Идальго – президента Международного валютного фонда. Ниже шел заголовок: «МВФ выделит России десять миллиардов долларов».

По кабинету прошелестел вздох облегчения – стало ясно, кому несдобровать.

Коллеги украдкой поглядывали на побледневшего начальника отдела международных новостей Василия Игнатова. Тот в ужасе уставился на фото, и его глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Петушков, уперев в стол кулаки, обратился к нему:

– Можете объяснить, почему эксклюзив, который должен выйти в «Точке зрения» в понедельник, опубликуют завтра наши конкуренты?

Игнатов не мог объяснить этого.