Посеяв Ветер. Пришлые-2

Разве не подвиг? Подвиг, – ответил майор, – но что можно рассказать об этом человеке? Ничего. Людям неинтересно слушать о скучных вахтах и бесконечных переходах. Другое дело – ваша группа. Рейд на Гарду, бой с противником, полёт на чужом корабле, спасение потерянного линкора, бой в пространстве, плен, ранение, не говоря уже о «памяти», прихваченной у чужаков. Где-то подтереть, где-то приукрасить, и считай имя героя вписано в историю.

– И каковы последствия вписывания имени героя в историю?

– Выступления, интервью, съёмки, гастроли по мирам Республики.

Всё, что требуется от публичной персоны. При этом всё на высшем уровне и только в безопасных районах.

– А можно оставить только последнее предложение?

– Ты не совсем меня понял.

– Я против, – не слушая, заявил Алексей.

– Ты добровольно отказываешься от почёта и славы? – в тоне майора послышалось странное облегчение.

– Да…, после выступления на Тиусе меня трясло полдня. Да и ходить в туалет под прицелом камер совсем не прельщает.

Но если мои «подвиги» оценят материально, возражать не буду.

– Оценят, – на секунду показалось, что Харман как-то напрягся, хотя причина этому выяснилась сразу, – с условием, что подвиги уже не твои.

– То есть, с моим багажом выступит кто-то другой?

– Да, если ты, конечно, обязуешься молчать.

– А как же люди, которые знают? К примеру, экипаж «геройски» спасённого линкора?

– Это мои проблемы.

– Тогда у меня тоже есть условие, нет, скорее просьба. При первой возможности вы найдёте старую добрую Землю и отвезёте меня домой.

Ну хоть пообещай для вида, – попросил Алексей видя большое сомнение в глазах Хармана

– В случае положительного с твоей стороны ответа, я официально уполномочен удовлетворить твою просьбу.

– Тогда по рукам, – протянул Алексей руку, – только никакой коррекций памяти. Буду молчать. Слово Русского офицера.

– Договорились, – Харман поднялся, – жди здесь.

Подойдя к двери, он обернулся.

– Никто не собирался делать икону из тебя.

Ты чужак. Мне поручили прозондировать почву и заключить договор. Извини, ничего личного.

– Спасибо за откровенность. Я не в обиде, хотя интересно узнать, кто озвучит мою историю?

– Муртан Кумкони.

– Почему не Алекс?

– Лейтенант Блэймер отказался от предложения, он намерен воевать дальше. Он, как и ты, получит свою долю почестей при условии, что доживёт до победы.

Губы Алексея тронула улыбка. Муртан хрен с ним, этому телку на передке не место.