Блад: глубина неба

Как только Анна ушла, а медсестра вернулась в свой кабинет, Блад скинул смердящую форму, сунул под струю воды и принялся яростно надраивать её мылом. Теперь хотя бы от него не будет нести чужими нечистотами!

Господин директор наведался в медкабинет часом позже.

– Прохлаждаетесь, Винтерсблад? – равнодушно спросил он. – Сестра говорит, отправлять вас в больничный корпус нужды нет. А значит, вы можете вернуться к своим обязанностям. На этой неделе вы моете коридоры.

– Господин директор, – вмешалась медсестра, – его ступни порезаны, пусть и не слишком глубоко.

Ему будет больно стоять.

– Как хорошо, что можно снять тряпку со швабры и мыть полы руками, опустившись на колени, не правда ли, миссис Уорд? – Директор посмотрел на медсестру с высоты своего роста, и та заметно сникла под его жёстким, словно наждак, взглядом. – Одевайтесь, Винтерсблад, и приступайте к делу. Почему вы вообще в одном белье, – пострадали же, как я понимаю, только ваши ноги?

– Сэр, моя одежда насквозь мокрая.

– Да? И как это случилось?

– Я её выстирал.

– Тогда это ваши проблемы. Одевайтесь и идите мыть полы.

Пришлось подчиниться. В и без того влажном, холодном воздухе продуваемых сквозняками коридоров форма на Бладе не высохла до вечера. Он продрог до костей, вновь и вновь прополаскивая грязную половую тряпку в ледяной воде, на четвереньках намывая бесконечные приютские коридоры. Этой ночью после отбоя он уже не уснул. Плевать на забинтованные ноги, он должен сбежать из чёртова приюта как можно быстрее! За полночь, когда все угомонились, Блад выбрался из-под куцего одеяла и, не надевая башмаков, вышел из спальни.

Путь до директорского кабинета он запомнил хорошо. Оставалось надеяться, что он сможет открыть замок шпилькой, которую вытащил из седых буклей медсестры, пока она бинтовала ему ноги. Спасибо Мардуарру, что научил ловкости пальцев!

Странно, но дверь кабинета оказалась не заперта. Шентэл проскользнул внутрь, выдвинул ящик стола, отыскал среди груды всевозможных мелочей ключи от картотеки и замер, прислушиваясь.

Из коридора доносились быстро приближающиеся голоса. Винтерсблад едва успел нырнуть под стол, как дверь отворилась, и в кабинет, широко шагая на длинных и тонких, как ходули, ногах, ворвался директор. Он был раздражён: это чувствовалось и в его нетерпеливом тоне, и в резких движениях. Следом за ним семенила молоденькая воспитательница.

– Я уже сказал вам по поводу мисс Рид и больше повторять не намерен! – бросил директор.