Дельта чувств

Посвящаемые девушки обходили Бога в пляске, они потрясали над головой систрами и бубнами и поразительно вились возле юношей-корибантов, высоко поднимая вытянутые ноги.

Священный чтец нараспев читал с таблиц Некрономикона текст, который повторялся, подхватываемые народом, слова:

«Баал – это Эшмун! Баал – это Хор! Баал – это Мелькарт, сын и супруг Аштарет!»

Бык, широко расставив ноги, глядел большими глазами на девушек, которые прощались со своим девичеством, и которым радостно было знать, что находятся под надёжной охраной.

Бык был их пленником. Зачатие, которое он им сулил, было причиной их ликованья.

Гай Мельгард приветствовал Владыку воздеванием рук.

– Видеть Владыку приятно, – признавалась Тейя мужу. – Он придаёт Мощи и Силы, и придаёт бодрости. Я милый знаю по опыту, что, повидав Хора, я могу целый день ничего не есть, по всему телу разливается сытность. Я чувствую себя так, словно родилась заново. Это величайший бык, живое повторение Бога.

Гай Мельгард бросил на Тейю взгляд, который та истолковала, как желание объяснить ему её слова:

– Ждёт ли Владыку жилище в городе мёртвых? – спросил он.

– Запад: нами принято называть его городом мёртвых моргающих глаз. Замечание твоё разумно, но всему свой час.

– Эшмун велик и нет ему равного.

– В этом не сомневайся, – подтвердила Тейя. – Но Сильный Бык умрёт, а из лона храма выйдет солнечный ребёнок Мильк.

– Значит скоро подойдёт жрец, который особыми приспособлениями откроет ему рот. Покормит его и подкрасит ему щёки румянами жизни, сделает то, что делают с мертвецом на его поставце могилы, когда рядом стоит Мот – Царь Смерти.

– Да будет тебе известно, что этот обряд состоит, прежде всего, в отверзении уст, чтобы умерший мог, есть и пить, и вкушать жертвы, которые ему принесут. А в знак возвращения к жизни, на щёки наложат цветущие румяна, каковые весьма отрадно видеть скорбящим.

– Мне нравится Красная Земля, чьим мертвецам незачем переправляться на другой берег, ибо город расположен на западном берегу.

Мне нравится этот большой многоликий город, полный людей, которые ради удобопроизносимости, упрощают могильное имя, именуясь «Не-Тронь-Меня».

– Милый, да ведь таковой я тебе и прихожусь. На щеках женщин румяна – это знак возвращения к жизни, если считать матерью Яму. Ты ещё слишком молод, чтобы различать, что тебе полезней, но я тебе, как Царица Подруги, помогу.

Глава – 4

Кто мигает глазами, тот причинит досаду и устами преткнется.