На задворках империи

Встретить раннего гостя вышел сам хозяин, Петр Ильич, среднего роста, немного сутуловатый, но явно не лишенный внешней красоты старичок-бодрячок в просторном английском пиджаке и голубых шароварах, заправленных в мягкие сафьяновые ичиги. Редкие седые волосы обрамляли его худое, даже несколько аскетичное лицо, которое оживляли лишь большие, блещущие гусарским задором и энергией глаза.

– Это кто же в наши палестины пожаловал? – спросил он, с нескрываемым любопытством разглядывая артиллерийского поручика, лихо остановившего дрожки прямо напротив него.

 – Неужели это тот проказник-мальчишка, что, будучи однажды у меня в гостях со своим батюшкой, чуть было не утонул в пруду, спасая мою Варюшеньку?

– Да! Это я, ваше сиятельство, – радостно воскликнул Евгений, лихо спрыгивая с двуколки. – Честь имею представиться, поручик Туркестанской артиллерийской бригады Евгений Евграфович Баташов и ваш сосед, – вытянулся в струнку офицер, предварительно разгладив усы.

– Мальчик мой! – по-отечески обнял гостя граф.

 – Как обидно, что твои незабвенные родители уже никогда не увидят тебя, такого бравого красавца, – скорбно добавил он и тут же, радостно улыбнувшись, произнес: – Спасибо, что не забываешь старых друзей. Уж больно молодежь не любит нас, стариков. Навещают теперь больше по делу.

Услышав эти слова, Евгений заметно смутился.

– Я вот тоже к вам по делу, – откровенно признался он, – хотя на будущей неделе собирался нанести визит, – добавил он в свое оправдание.

– Пока не отобедаешь у меня, о делах и не заикайся, – с деланой строгостью взглянув на Евгения, изрек хозяин и, радушно улыбнувшись, добавил: – Заходи, гость мой дорогой, здесь тебе всегда рады, и не только я, – загадочно улыбнулся граф.

Сделав приглашающий жест, он величественно ступил на ступени широкой беломраморной лестницы, ведущей в огромный двухэтажный дом с мезонином, покоящимся на восьми столпах, то бишь беломраморных колоннах.

Евгений с кадетских пор не был в графском доме и потому с удивлением и восхищением рассматривал роскошный холл и огромный зал, которых раньше не было.

«Видимо, Петр Ильич недавно сделал полную перепланировку своего особняка, – подумал он, – это и понятно, ведь положение губернского предводителя дворянства ко многому обязывает».

Заметив искреннее удивление на лице гостя, граф с нескрываемым удовольствием пояснил:

– Теперь, хочешь не хочешь, а я просто обязан давать балы. Вот и пришлось расширить зал.