Тайна девственницы

– А вот я слышал от людей, – вдруг заговорил Куинтон, – что Монтини разъярился, сошел с ума и обвинил совет во всех грехах. – Он глянул на Габриэлу. – Члены совета немного не поняли такого оборота событий и изгнали его с позором.

– Да, они это сделали. – Она глубоко вздохнула. – Он поставил себе цель найти вора, вернуть печать и реабилитировать себя. – Она от волнения поднялась и зашагала по комнате. – Это случилось год назад. Энрико покинул Лондон и уехал в Турцию, оттуда отправился в Персию, а потом в Египет, где в тот момент находились потенциальные… хм… воры…

– Включая моих братьев? – спросил граф.

– Да, их имена были в небольшом списке подозреваемых. Его письма становились… – Габриэла запнулась. Было ли предательством рассказывать им о его болезненном состоянии? Да и было ли это важно для ночной истории? Наверное, уже не важно. – …все менее и менее разумными. Этот поиск быстро убивал его, он перестал доверять людям. И шесть месяцев назад он умер.

– И вы вступили в эту игру вслед за ним? Стали подозревать всех людей? – спросил граф.

– Я же говорю, он умер от лихорадки, в бреду! Но после этого я тоже стала подозрительной. Я теперь самый подозрительный человек на свете. – Габриэла села на свое место. – И теперь я хочу найти печать и восстановить репутацию своего брата.

Реджина фыркнула.

– Но вы же женщина!

– Не обращайте внимания, – утешительным тоном обратилась к Габриэле старая графиня. – Я считаю что вы, мисс Монтини, прекрасно справитесь с этой задачей.

Габриэла опустила взгляд.

– Это мое обязательство перед братом.

– Я вижу… – Граф посмотрел на Натаниэля.

– Клянусь вам, я ничего не брал у Монтини! – воскликнул Натаниэль.

Взгляд графа, проследовав по лицам всех присутствующих, остановился на Куинтоне.

– Почему вы все уставились на меня? Я не брал печати Монтини! Я вообще ничего никогда у него не брал! – Куинтон одним глотком допил третий бокал бренди и со звоном поставил его на столик. – В последнее время…

– Стерлинг! – Леди Уайлдвуд обернулась к своему старшему сыну.

Граф покачал головой:

– Это всего лишь почетная должность, мама. И только потому, что наш отец оставил ее мне по наследству. Мое слово им не закон, я ничего не смогу сделать.

– Ладно, но мы ведь должны как-нибудь помочь ей!

– Почему? – удивленно выдохнула Габриэла.

– Почему? – повторил Натаниэль.

– Мне кажется, что ситуация всем ясна.