Если у тебя жена…

Они просили о помощи? Что-нибудь хотели? Они ему что-то говорили?

Он очистил секретное хранилище. Погрузился в старые свитки, надеясь найти ответы. С помощью Линалы он приготовил и выпил «эликсир». Отвар трав ему не помог. Он не спал. Он не ел. Видения приходили одно за другим, терзая его. Боги говорили, но он их не понимал. Он не мог расшифровать их сообщения.

Вот тогда и произошло нападение. Битва закончилась еще до её начала. И они все уже мёртвы.

Боги бросили его. Он потерпел неудачу.

Скоро всё кончится и для него.

Он где-то согрешил, и Боги наказали его.

Ему казалось, что слышит тихие шаги. Он не открыл глаза. У него не было сил. Что-то коснулось его лица – лёгкое, нежное, как крылья бабочки.

– Папа! – голос его дочери Рэйдении. Он почти улыбнулся. Что-то мокрое стекало по его лицу. Вода достигала его потрескавшихся губ.

– Папа! – насильно открыл глаза. Лицо его дочери! Нависло над ним!

Он смотрел не веруя.

Не моргнув. Это неправда! Но это не было видение.

– Они все погибли, – прошептала она. Её голос дёрнулся, но в глазах, потерявшие детскую наивность и игривость, не было слёз. И это наполнило его гордостью.

Её рука продолжала ласкать его лицо.

– Они все мёртвы… И мама… – Она подняла свое слабенькое личико и посмотрела в его потемневшие от страдания глаза.

– Рэйдени! Беги, спрячься! – прошептал с трудом слова.

– Папа, вокруг никого нет. Все ушли – она пригладила его волосы назад и вытерла кровь со лба мокрой блузкой.

 – Все ушли…

– Я видел твою тунику… Я видел её среди мертвых… – он не верил тому, что видели его глаза. Боги, должно быть, издевались над ним. – Ты видение.

– Вчера мы обменялись одеждой с подружкой… Папа, это я. Тебе не снится. Это я! Я! – её голос дрогнул, но пальцы продолжали нежно ласкать его лицо, как будто она хотела убедить его, что это действительно она, его дочь – Это я, папа!

– Когда пришли плохие люди, мама толкнула меня в тайное место…, – громко проглотила она и продолжала – Но потом я вышла… и спряталась в лесу… Я видела, когда они ушли…

– Мама показала мне секретную дверь… и другую.

 – голос её нерешительно заглох – ты не сердишся, да? Я знаю, что это секрет… Я могу хранить секреты! Могу!

Она упорно повторяла слова, и руки не переставали нежно смачивать лицо и стирать высохшую кровь на груди.