Оллвард. Разрушитель клинка

Вальтик ничего не ответила, а просто продолжила поправлять свои косы, в которые были вплетены клыки и веточки засохшей лаванды.

– Видимо, кракены тоже ненавидят ее рифмы, – ответила Сигилла, криво усмехнувшись.

Стоящий в тени Чарли тоже ухмыльнулся.

– Пожалуй, следующим нам стоит взять песнопевца. Дополнить эту компанию болванов и отправить остальных монстров Таристана восвояси.

«Если бы только все было так просто», – хотелось сказать Корэйн, ведь она знала, что дело обстоит иначе. Однако, даже несмотря на это, слабая, но все еще живая надежда трепетала в ее груди.

– Может, мы и компания болванов, – сказала она, обращаясь не только к окружающим, но и к самой себе, – но мы закрыли Веретено.

Сжав руки в кулаки, она встала, ощутив твердую почву под ногами. На смену страху пришла решимость.

– И мы способны сделать это еще раз, – объявила она. – Как сказала Вальтик, нужно идти. Предлагаю выдвигаться. Мы отправимся на север, к Долгому морю, и будем двигаться вдоль побережья, пока не доберемся до деревни.

Сораса открыла рот, намереваясь высказать несогласие, но Дом не дал ей возразить, бессмертный поднялся и встал рядом с Корэйн. Устремив взгляд на юг, он пытался отыскать на горизонте красную линию Марджеджа и некогда залитую золотом равнину.

Корэйн повернулась, намереваясь улыбнуться Древнему, но замерла, увидев его выражение лица.

Сораса тоже заметила написанный на его лице страх. Она подбежала ближе, прикрыла рукой глаза и попыталась разглядеть то, что видел Дом.

– Что там? – выдавила она, тяжело дыша сквозь зубы.

Сигилла потянулась к своему топору, а Эндри перестал предаваться меланхолии и резко повернулся, оставив лошадей. Чарли выругался, глядя себе под ноги.

– Дом? – Леденящий душу страх охватил Корэйн, когда он вышла из тени, в которой пряталась от жара. Она тоже пыталась посмотреть в сторону горизонта, но ослепляющее солнце и обилие песка не позволяли ей увидеть что-либо.

Наконец бессмертный втянул в себя воздух.

– Сорок всадников на темных лошадях. Их лица скрыты, одежда черная, сшитая специально для того, чтобы уберечь кожу от жара.

Сораса пнула песок и фыркнула себе под нос.

– Они несут флаг. Ярко-синие и золотые цвета. И… еще серебристый.

Корэйн тут же напрягла память, пытаясь вспомнить, что означают эти цвета.

Убийца знала.