Оллвард. Разрушитель клинка

Сигилла не уступала даже в самых безнадежных ситуациях. Темурийцы слыли искусными тактиками, их учили сражаться до горького, славного конца, и обычно они получали победу.

«Но не сегодня, – поняла Сораса. – Быть может, завтра».

* * *

Они скакали всю ночь. Была глубокая осень, весенние цветы Айбала уже давно отцвели, но Сораса все еще чувствовала травянистые нотки где-то нашедшего воду можжевельника. Мышцы убийцы болели, окоченевшие от снизившейся температуры и долгих часов непрерывной верховой езды.

После рассвета, когда жара вернулась и солнце начало свое восхождение вверх по небу, лин-Лира наконец свистнул, приказывая остановиться. Корэйн и Чарли слезли с лошадей и, споткнувшись на ослабших ногах, упали на песок, а затем обменялись вымученными улыбками.

– По крайней мере, я не один такой, – усмехнулся Чарли, поднимаясь с помощью Эндри.

Корэйн встала сама, затем отряхнула пыль с коленей и пошевелила пальцами, затекшими от необходимости много часов удерживать поводья.

Дом оставался рядом с ней, совсем не утомленный путешествием. Он смотрел по сторонам, словно одним лишь взглядом мог обратить Соколов в бегство.

Следуя примеру лин-Лиры, Соколы все как один спешились и отвели своих лошадей в тень песчаной дюны. В считаные минуты они соорудили загон из веревок, огородив песчаных лошадей. Сораса наблюдала, как в мгновение ока выросла остальная часть лагеря, Соколы работали быстро и слаженно. Они вытащили из своих вьюков простыни, некоторые размером с корабельный парус, развернули их, связали, а затем вбили колышки в песок.

Асимметричные шатры служили простой, но эффективной защитой, позволявшей создать своего рода одеяло из тени. Соколы знали, как пересечь Великие пески и не умереть. Они спали в самую сильную жару и продолжали путь в прохладные ночные часы.

Сораса следила за лин-Лирой, который не упускал из виду Корэйн, его темные глаза пронзали ее, подобно копьям. Он наблюдал за ней не как хищник, а как ученый, пытающийся решить уравнение.

Командир Соколов не сводил с нее глаз, ни разу не взглянув даже на Дома – ее крупную няньку в испачканной кровью одежде.

Отпустив лошадь в загон, Сораса присоединилась к ним, спрятавшись в тени Дома.

– Ну и видок у нас, – в сотый раз пробормотала убийца.

Как всегда мрачный, Дом грозно возвышался над Корэйн, как несгибаемое дерево.

Посмотрев на него, Корэйн усмехнулась и принялась доставать свое покрывало для сна, а также плащ.