Оллвард. Разрушитель клинка

– Но мы выжили, а Веретено закрыто, – ответила Корэйн. Она натянуто улыбнулась. – И теперь можем двигаться дальше. Снова продолжить свой путь.

Дом медленно кивнул, но его лицо по-прежнему оставалось серьезным.

– Нужно будет закрыть еще несколько порталов. Сражаться с другими врагами и монстрами.

Бессмертного охватил страх. Он промелькнул в его глазах, став отголоском какого-то воспоминания.

Корэйн гадала, не думает ли Дом о ее павшем перед храмом отце.

Или его мысли занимало нечто другое, что-то существовавшее в глубине веков, из времен, неподвластных летоисчислению смертных.

– Будет нелегко победить Таристана, – пробормотал Дом.

– Как и Того, Кто Ждет. – Даже несмотря на жару пустыни, при одном лишь упоминании имени бога демонов Корэйн задрожала от холода. – Но мы сразимся с ними. Потому что должны. Другого выбора нет.

Бессмертный решительно кивнул.

– Нет иного выбора ни для нас, ни для мира.

Было уже за полдень, солнце стояло высоко в небе, когда Сигилла и Сораса присоединились к ним.

Направляясь к остальным, каждая из них была занята своим делом, охотница за головами чистила топор, а убийца – кинжал.

В оазисе не осталось ни одного врага.

Соратники были последними, кто выжил.

Следом за женщинами шел Чарли, сгорбившись, он разминал поясницу. «Слишком много тел, которые нужно благословить», – поняла Корэйн, отводя взгляд. Она отказывалась думать о павших и вместо этого впилась взглядом в открывшуюся ее взору пустыню и целые мили песка.

Затем, посмотрев на север, на расположенный неподалеку залив Алджер – сверкающую ленту, переходящую в Долгое море, – Корэйн ощутила прилив воодушевления.

«Что дальше?» – задумалась она, в равной степени испытывая и страх, и трепет.

После перевела взгляд на остальных Соратников, оценивая их. Дом умылся, как мог, и убрал мокрые волосы от лица. А еще сменил свою испорченную тунику на то, что смог найти в заброшенных домах и лавках. Его наряд, состоящий из айбалийской туники, украшенного вышивкой жилета и старых штанов, походил на лоскутное одеяло, сделанное из не сочетающихся между собой кусочков ткани.

Однако очищенные от песка сапоги и айонийская мантия остались при нем.

Хотя мантия была частично испорчена, вышитые оленьи рога все еще оставались на месте. Маленький кусочек дома, от которого не желал отказываться бессмертный.

Корэйн с тоской вспомнила о своем собственном изодранном синем плаще, ныне давно утерянном.