Оллвард. Разрушитель миров

Другие считают, что его убили. Как бы то ни было, этот конфликт нам выгоден. Он открывает нам новые возможности, – твердо и быстро проговорила Мелиза. Как будто достаточно было всего лишь озвучить эти слова, чтобы они стали правдой.

Карта мира вспыхнула в голове Корэйн вихрем из голубых, зеленых и желтых пятен. Знакомые моря и побережья, реки и горы, границы и королевства четко проступили перед ее внутренним взором. Она ни разу не видела этих мест своими глазами, и все же многое о них знала; ее нога никогда не ступала на чужие земли, но она слышала о них бессчетное множество раз.

Ее мысли легко преодолевали расстояния, перенося ее из Лемарты к невиданным красотам далекой страны: Тигровому заливу, Вселесью и хребтам Снежной короны. Она попыталась представить Джирхали – великолепную столицу Рашира, город бледно-зеленого песчаника и шлифованной меди. Но здесь воображение Корэйн было бессильно.

– Кратчайший путь до берегов Рашира составит не меньше четырех тысяч миль, – выдохнула она, открывая глаза.

Перед ней остались лишь очертания карты.

Ее мать, хотя и по-прежнему сидела рядом, душой уже была далеко за пределами досягаемости.

– Если вам повезет с попутным ветром и течением, если вы не попадете в бурю или в какую-нибудь неприятность… Плавание займет не один месяц – и это в лучшем случае. – Корэйн осеклась. – Если вы вообще вернетесь.

Это опасная авантюра. Совершенно не то, что мы планировали.

Мелиза не шелохнулась.

– Нам представился отличный шанс. Подготовь корабль. Мы выплываем через три дня.

«Так скоро», – с горечью подумала Корэйн, сжимая пальцы на краю стола.

– Я должна у тебя спросить…

– Не стоит, – даже не моргнув, оборвала ее Мелиза и снова поднесла к губам стакан.

В груди Корэйн вспыхнула злость, прогоняя страх прочь.

– Но зимой ты говорила…

– Зимой я не давала тебе никаких обещаний.

Ее слова прозвучали так же окончательно, как стук захлопнувшейся двери.

Корэйн стиснула зубы и призвала на помощь всю свою силу воли, чтобы не выбить стакан вина из руки матери.

В ее ушах стоял звон, заглушавший все звуки, кроме голоса Мелизы и ее отказа.

«Ты знала, что она скажет, – думала Корэйн. – Знала и поэтому хорошо подготовилась. Ты сможешь отвоевать свое право».

– Сейчас я на год старше, чем была ты, когда впервые отправилась в море.

Корэйн старалась вести себя так же, как моряки «Бурерожденной». Уверенно, решительно, профессионально. Многие люди считали ее именно такой. Очень многие, но только не мать.