Мастер нового времени

– Простите, господа, – несколько заискивающе проблеял Кучерявый, проклиная себя за раболепие, и ни к месту вспомнив про Кису Воробьянинова, чуть не сказал: «Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы», но вовремя сдержался, – у меня средств нет с вами расплатиться. Видите ли, мое здесь пребывание оплачивает редакция, а доход мой, мягко говоря, не велик. Спасибо за ваше гостеприимство, – Кучерявому продолжало быть противно слушать самого себя, – но впредь мне придется просить графин с наполнением, входящим в официальное меню санатория.

На минуту за столом установилась тишина: новые друзья поэта переваривали услышанное. Первой спохватилась Настенька.

– Что вы, Арнольд! Не думайте отказываться! Вы – представитель вымирающего класса русской интеллигенции. Вы пишите стихи и начинаете роман. Это ли не наша обязанность, святой долг – поддержать вас, чем можем! – У барышни горели глаза, она была полна энтузиазма помочь русской литературе в лице Кучерявого, а он, в очередной раз, подумал, что она как-то не тянет на болезную депрессией.

– Ну-у-у, – протянул Депп, – батенька, вы удивили! Настенька безусловно права! Конечно, мы с вас не возьмем ни копейки, пусть бы вы и предлагали. У меня богатые родители, они постоянно пополняют мой счет. У Настеньки муж, хоть последняя сволочь, но денежек ей дает, дабы она здесь получше лечилась и на волю не рвалась. Да, по большому счету, он тратит ее собственные средства. У Ханны Казимировны тоже свои капиталы – она вообще ни от кого не зависит.

Расслабьтесь, мой друг, пейте спокойно. Старайтесь днем не усердствовать, чтобы не дышать парами спирта в лицо медперсоналу, и не шататься слишком сильно.

– Опять же, вам роман писать, – вступила Ханна Казимировна, – поставьте себе норму в день, чтобы успеть к сроку. Днем пейте в меру, а вечером, исписав нужное количество страниц, спокойно пользуйтесь нашим баром.

Кучерявый едва не заплакал и, видимо от нахлынувших чувств, перестал икать.

Он высморкался в салфетку, пригладил всклокоченные волосы и решился предложить тост.

– Друзья, давайте, на посошок. Сделаем еще по глоточку, потому что не могу не предложить поднять бокалы за вас, за людей, поддерживающих русское искусство от всего своего широкого сердца! Не все, поверьте, так тонки душой, – Кучерявый вспомнил чиновников от литературы из писательского союза и совсем было растрогался, но тут Депп разлил напитки по стаканам.