Мятежный лорд

На уговоры Ханта спуститься к столу, Джордж отвечал:

– Не люблю смотреть, как едят женщины. Я довольно часто наблюдал это зрелище в последнее время и хочу от него отдохнуть. Увольте, Ли. Я оставляю дам на ваше попечение. И не пытайтесь меня убедить, что дело обстоит иначе. Поглощение пищи – процесс такой же некрасивый, как пищеварение и прочие процессы, проистекающие в организме. Вас это не смущает и прекрасно. Рад за вашу устойчивую психику…

Вскоре от Трелони пришла весточка: он задерживается, дабы помочь женщинам переехать обратно в Пизу.

Миссис Уильямс против кремирования не возражала. Но прах мужа собиралась отвезти в Англию, «где она, видимо, и останется, так как в Италии ее ничего не держит, а напротив, напоминает о печальном событии», – писал Эдвард Байрону.

***

Прошла еще пара дней. К сожалению, начавшиеся неприятности не заканчивались. Постоянно отсутствовавшие дома отец и сын Гамба не сумели доказать тосканским властям, что их не следует высылать.

– Они опять вляпались в историю, – пожаловался Джордж, вернувшемуся из Пизы Трелони.

 – Драчливость у них в крови. Я пытался уговорить Руджеро пересидеть сложные времена и не лезть на рожон. Последняя стычка, в которой я сам вынужденно принял участие, произошла в марте. Тогда нас великодушно простили. Но сейчас дело поворачивается не так, как хотелось бы.

– Вспыльчивые люди, – нашел объяснение Трелони. – И вы, мой друг, чем-то похожи на них. Ваша дружба возникла не на пустом месте.

– Согласен, – кивнул Джордж. – Как бы то ни было, теперь отъезд в Геную представляется делом решенным.

Гамба дали всего два дня на сборы. Я бы не хотел покидать Пизу, эту виллу, которая пришлась мне по душе. Однако оставить графиню я не имею права, да и не хочу. Придется последовать за ними.

Джордж попытался отсрочить отъезд Гамба, но безуспешно. Им временно разрешили проживание в Люкка. Когда-то этот город по влиянию и красоте превосходил саму Флоренцию. Теперь былое величие угасло, и только прекрасные здания и площади напоминали об ушедшей славе.

Несмотря на условия развода с мужем, Тереза осталась с Байроном под одной крышей.

Без шумного семейства Гамба дом опустел. И даже Ханты стали вести себя тише: Ли работал над первым выпуском «Либерала», Марианна привыкла к Терезе, и ругаться с ней стало неинтересно. Единственное, что развлекало Джорджа – это позирование молодому американскому художнику, пытавшемуся рисовать его портрет для академии искусств, и ежевечерние прогулки верхом.