Вино с нотками смерти

Зазвонил телефон, заставив всю компанию вздрогнуть. Герман прослушал выданную ему информацию и отрывисто сказал в трубку:

– Берите ее. Прямых доказательств того, что она убила, нет. Но вопросики задать уже имеет смысл.

Парочка вопросительно смотрела на Германа. Он дал отбой и произнес:

– Опознали последнюю жертву, точнее, первую. Короче, несчастную с изуродованным лицом. Ее зовут Анжелика Свиридова – точно, как женщину, работающую администратором в пансионате. Сущность ваша, если это, конечно, новоявленная Анжелика, не почует неладное? Не смоется в пустыню?

– Нет, почуять может ночью, но не сейчас.

В пустыню пока обратного ходя нет. Когда часы снова начнут отбрасывать тень, ее само собой засосет в портал. Как я говорил, если мало сил набралась, – объяснил Игнат. – По собственной воле сущность в пустыню не возвращается.

– Хреново ей там, – кивнула Изабелла.

– А вам? – Герман посмотрел на яркую парочку.

– Нам нормально. Даже хорошо, – Изабелла улыбнулась и сжала руку Игната в своей.

 – Это у сущности нет ни тела, ни дома, ни воды, ни питья. Самое неприятное – сущность все чувствует, как телесное создание, но сделать ничего в пустыне не может. А мы живем возле большого моря, до которого сущности никогда не дойти. Мы – мужчина и женщина, стражники вашего мира. У нас вдоволь пищи и пресной воды. Поэтому нам никогда не попасть в мираж. Мираж – это проклятие для любого, кто ищет несуществующее.

У Германа уже болела голова от получаемой информации. От продолжения сложной для его понимания беседы спас звонок и близость пансионата.

Парочка пошла в сторону корпуса, а Герман ответил на вызов.

– У Анжелики на кухне в холодильнике стоят банки с кровью, – дрожащим голосом сказала Оля. – Первый раз подобное вижу! Вампирша, представляете? Уверена, это кровь жертв. Везу в лабораторию на проверку.

– Анжелику взяли? – у Германа мурашки побежали по коже от волнения.

– Да, она, как ни в чем не бывало, домой вернулась после прогулки по магазинам.

Повезли в участок.

Герман помчался туда же. Он не совсем верил в рассказанное звериной парочкой, но, в любом случае, те самые факты и улики, которые так были необходимы в этом деле, появились. Причем, неопровержимые: он, как и Оля, был уверен, что кровь в банках окажется кровью жертв.

Остаток дня Герман провел за составлением протоколов и отчетов. Анжелика сидела за решеткой. Она ни в чем не признавалась, лишь заливисто хохотала в ответ на все вопросы.