Дочь убийцы

Джейн была девушкой тихой и кроткой, представляя собой полную противоположность предыдущим женам короля.

Фредерико все это время находился в Англии и с ужасом наблюдал за разыгрываемой на его глазах кровавой драмой. По большому счету на острове его больше ничего не держало, и он мог бы спокойно ехать во Францию к любимой. Но граф де Вилар не отпускал соотечественника от себя, давая ему мелкие поручения, а в основном используя его в качестве собеседника. Граф любил практиковаться в языках и заставлял Фредерико во время разговора по нескольку раз переходить с английского на испанский и на французский.

– Короля в Риме уже давно отлучили от церкви, – объяснял де Вилар, – он ничего не боится. Поверь, если эта жена не родит ему сына, он и ее отправит на эшафот. Первый брак короля признан недействительным, принцесса Мария – незаконнорожденной. Теперь также участь постигла и принцессу Елизавету. Что хуже, ее мать обезглавлена. Брак также признан недействительным. Генрих может продолжать в том же духе бесконечно.

Англиканская церковь полностью подчиняется ему, и ей плевать на мнение папы.

– Сколько мы еще будем оставаться в Англии? – время от времени интересовался Фредерико. – Франция и Испания снова ведут военные действия. Не пора ли нам покинуть двор английского короля?

Но граф никуда не торопился и всеми силами удерживал Фредерико возле себя. Лишь однажды последнему удалось пересечь Ла-Манш. Осенью ему поручили отвезти тайное послание Франциску. В Англии начинался мятеж – новый указ короля о закрытии монастырей вынудил людей открыто выступить в защиту католической веры.

Формально никто Генриха свергать не предлагал. Требования касались лишь воссоединения с Римом, признания принцессы Марии законной наследницей престола и ограничения власти короля, особенно в вопросах церкви и веры.

За простыми мятежниками стояли и более важные персоны. Воспользоваться случаем хотелось многим – на стороне восставших было в десятки раз больше народу, чем на стороне тех, кто защищал короля. Тем не менее, помощь Франциска совсем не помешала бы.

Оттянув силы на борьбу с внешним врагом, Генрих не смог бы в полную силу противостоять внутреннему.

Добраться из Лондона до Йорка, где ждали Фредерико, чтобы передать ему письмо, оказалось непросто. Преданные королю войска стояли полукругом, отрезая путь к столице. Они не вступали в открытое противостояние с превосходившими силами восставших, но переезд на север страны стал представляться делом практически невозможным.