Спокойных дней не будет. Книга IV. Пока смерть не разлучит

Думала, переступая порог спальни и задержавшись возле кровати, где он безмятежно спал, даже не подозревая о разразившейся грозе. Думала, пока газета в руке не стала мятой и влажной, и Соня бросила ее на тумбочку в изголовье, брезгливо вытерев испачканную типографской краской ладонь о пеньюар.

– Илюша, милый…

Она скользнула под одеяло и прижалась к нему с отчаянием загнанного зверя, зажмурилась, как будто ждала, что сейчас их обоих поразит молния, и все закончится – они умрут в один день без страданий и сожалений о своей беспутной жизни.

Но за окном жмурилось солнце, море привычно рокотало у скал и в доме царили тишина и спокойствие.

– Ты что-то рано сегодня, – пробормотал он вместо приветствия и бросил короткий взгляд на часы у кровати. – Чего тебе не спится?

– Я люблю тебя, – с замиранием сердца призналась Соня, словно впервые произносила эти слова, и не смогла сдержать подступившие слезы. – Я так люблю тебя, мой родной!

– Хм, неплохое начало дня!

Илья притянул ее к себе на грудь и поцеловал в щеку.

Пушистые локоны упали ему на лицо, и он с наслаждением вдохнул знакомый запах. Соня уткнулась носом в его шею и зашептала в лихорадочном волнении:

– Но то, что мы сделали… То, что я натворила…

– Не начинай, Соня! – Он легонько шлепнул по обозначившейся под одеялом выпуклости. – Что за вздор тебе приснился!

– Все могло быть иначе…

– Ну, конечно! Например, ты могла родиться мальчиком. Или нашей родиной была бы Кения.

Я бы батрачил на ферме и ненавидел белого надсмотрщика с кнутом. Это так, в общих чертах. А ты уж сама придумай подробности, как все могло сложиться. Что они там собирают? Бананы?

– Думаю, кофе или сахарный тростник, – на автомате продолжила она, подав свою реплику в знакомой игре. – И ты был бы хозяином плантации или президентом.

– Президентом в экваториальной Африке? Вот счастливчик! Прямо баловень судьбы. Можно не париться в костюмах и на обед заказывать рагу из врагов.

– Господи, ну что ты несешь! – спохватилась она, шмыгнув носом.

– Хм, действительно! Это ты заразила меня вирусом сочинительства дурацких историй. Так о чем мы говорили?

– О том, что мы совершили ошибку!

Она подняла голову с жалобными глазами и вытерла с подбородка полоску от пробежавшей слезы, и Илья снисходительно потрепал ее по щеке.

– Если мы и натворили дел, то точно не вчера или неделю назад.