Террариум для счастья

– Как же вы одни тут останетесь? Пропадёте ведь. – переживаю я.

– Ну мы уж лучше вот с этими, – кивают на кракозябр. – Есть надежда что они скоро разовьются до подобных тебе. Так что тут работы не початый край. Не соскучимся.

Хм… Усмехаюсь. Кажется, ещё одних работёнкой обеспечила. Во даю, и как это у меня получается?

Делаю решительный шаг в зияющую чернь разверзнутой пасти пещеры, и.... Падаю. Да ёшкин кошкин! Что опять? Меня сковывает леденящий ужас, который я незамедлительно подавляю.

Здесь совершенно не ясно где верх, а где низ, визуализация на нуле, так же отсутствует какое-либо движение воздуха.

– Дешёвый трюк. – кричу я в темноту.

Отсутствие информации не повод для страха. Но повод для игры воображения, продуцирующего в итоге страх. Владеющий информацией неуязвим, но одновременно лишён вариативности мышления. Вариативность мышления же в свою очередь определяет меня как вид, являясь своеобразным катализатором сознания.

Тьма отступает и в сумеречном свете пустоты возникает фигура. Так близко и так неожиданно что я невольно делаю шаг назад. Не разберись я ранее с природой страха, испугалась бы в край. Но вместо паники я изучающе смотрю. Человек, чей образ в моём сознании вызывает всплеск эмоций. Я, отрицая видение качаю головой.

– Нет. Ты не я.

– Конечно нет, – отвечает фигура. – Хотя и ты ещё не ты.

– Я человек! – гордо заявляю я.

– А я ёшкин кошкин, – равнодушно говорит фигура. – Но попрошу заметить это тоже с твоих слов.

– Зачем? – я в недоумении развожу в стороны руки.

– Что именно Причина? Да, да пока что ты всего лишь Причина.

– Дай угадаю. Хочешь спихнуть ситуацию на меня?

– Ни в коем случае. Только факты. Ведь началось всё именно с тебя.

– Вот как? Но там на корабле…

– А что на корабле? Все побежали, и я побежал.

И тут мне действительно стало жутко.

– Что было до того, как все побежали? – с робкой надеждой в голосе спрашиваю я.

– Не знаю. Думаю, что ничего.

– У тебя получилось.

–Что именно?

– Мне страшно.

Я села, обхватив колени руками и отрешённо уставилась в пустоту пространства. Моя копия проделала тоже самое.

– Ты можешь не быть таким похожим на меня? – спрашиваю я всеми силами пытаясь подавить нервное напряжение.

– Но для воспроизведения твой образ пока единственный в моей памяти.