Циничный, бесстыжий, влюбленный

– Ты меня высади около набережной и на следующем квартале сверни налево. Прямо к нашей гостинице подъедешь, – пробормотала она на автомате.

И выйдя из машины, быстрым шагом направилась к морю.

«Еще утопится», – внезапно пронеслось в башке у Гранда, и он, не скрывая собственного недовольства, отправился следом.

«С чего это я так завелся? – подумал он раздраженно. – Девица явно играет на стороне противника. А я перед ней на колени упасть готов. Нужно возвращаться в отель. Ложиться спать, а завтра, наконец, начать поиски!»

Но сил уйти и оставить Алису сидеть на краешке лежака Гранд не нашел.

Издалека он наблюдал, как она отрешенно смотрит на море и растирает по щекам слезы. Сколько это продолжалось, Пит не смог вычислить. Просто чувствовал, что ноги вросли в песок, а плечо, упершееся в белую металлическую стойку, стало с ней единым целым.

Петр Грандилевский, перевидавший в своей койке уйму богатых и знаменитых красавиц, стоял в тени самодельного навеса на маленьком черноморском пляжике и откровенно любовался самой неподходящей для него женщиной.

Ветер развевал длинные волосы, а тонкие нежные руки, обхватившие коленки, казались Питу самыми прекрасными в мире. Да и коленки тоже. А еще щиколотки, лодыжки, бедра, высокая грудь, скрытая сейчас от взора. Изящный носик и высокие скулы. И глаза…

Гранд мог бы поспорить сейчас на несколько миллионов баксов, что Алиса смежила веки, и слезы ручьями текут по ее щекам. Больше всего хотелось подойти к девчонке. Утереть лицо ладонью, прижать к себе, усадить на колени и успокоить древнейшим и действенным способом.

Но Петр Грандилевский не смел сделать и шагу, где-то в глубине души понимая, что он не имеет никакого отношения к такой перемене ее настроения.

– Что-то случилось в проклятой «Барселоне», – прорычал он сквозь зубы. – Узнаю, какая падла ее обидела, выбью зубы!

– Погоди, – встрял в разговор внутренний голос. – Девчонка совершенно чужая. Ты с ней только сегодня познакомился…

«Только сегодня, – пронеслось в голове у Пита, – а кажется, я ее знаю целую вечность…»

Он напрягся, замечая движение на шезлонге.

Алиса встрепенулась, резко встала и, стащив с себя кожаные штаны и майку, в одних трусах кинулась в воду.

Гранд за малым не рванул с места. Но заметив, как Алиса уверенно движется по лунной дорожке, решил действовать иначе.

Алиса плыла, мерными движениями рук и ног разгоняя воду в разные стороны. Чувствовала, как с каждым взмахом бегут прочь злость и обида.