Двойня в подарок

Когда вы там открываетесь?

– Лучше к одиннадцати подъезжай, – командует он и, вздохнув тяжело, предлагает. – Тим, я тут подумал. Ну, какая охрана в роддоме? Твоя Лера не денется никуда. Персонал я предупредил. Присмотрят. Не присылай никого, ладно? А то встрянем…

– Согласен, – замечаю коротко и, сбившись с мысли, спрашиваю первое, что приходит в голову. – Как там она, Вить?

– Нормально все, Тима. Не боись. Достану я твоих детей в срок. Все по плану…

– Спасибо, брат, – шепчу ошалело.

– Если все так складывается прекрасно, – подает голос Богдан.

– Хорошая идея, – довольно басит Торганов. – Пока ветер без камней, Фея выгуляем, и сами головы проветрим.

Вцепившись в руль, стараюсь не заорать в голос.

Не надо меня выгуливать!

Мне бы сейчас дома побыть. Говорят, там даже стены помогают.

И если понадобится, по первому зову к Лере примчаться. И плевать, ждет она меня или нет. Я теперь никуда не денусь. Привыкай, милая!

– Тима, как тебе идея? Или у тебя дела? – возвращает меня в действительность настойчивый голос Торганова.

– Да нормально, – соглашаюсь, не желая друзьям портить праздник. И так носятся со мной, как с ребенком…

– Тогда завтра заезжаете за мной на работу, и сразу едем, – велит Торганов.

Заруливая во двор, лениво оглядываю темные окна дома. Хорошо, хоть Дан со мной. А то бы сейчас сидел один как сыч и думал о Лере.

– А помнишь, как рубились в настольный хоккей? – задумчиво вздыхает Богдан.

– И в приставку! – смеюсь, поднимаясь на крыльцо.

– Где они? Выкинул?

– Ни в коем случае! В кладовку спрятал. Сейчас достанем. Играем до победного. Кто продует, моет посуду…

– Заметано.

7. Фей или не Фей?

Утро 2 января неожиданно начинается со скандала. В шесть в палату тайфуном влетает медсестра Роза.

– Толстопузики, подъем! Быстро кровь сдавать! – кричит с порога.

Унылой толпой выдвигаемся к процедурной.

– Почему нельзя сразу уколоть в палате? – зябко кутается в халат соседка Лена.

– Такие порядки, – пожимаю плечами. Ни с кем не спорю. Никого не обсуждаю. Меня так бабушка учила.

Возвращаюсь в палату последней. И как только проваливаюсь в короткую дрему, из Шанхая звонит Джон, представитель поставщика.

– Поставка срывается, Лей-а! – кричит в трубку. Не понимает, почему задерживается оплата. Как это в России выходной?

– Новый год в марте, – лопочет он и снова переходит на крик.

Пытаюсь его успокоить.