Личная слабость полковника Лунина

А то и посадит… Как оборотня в погонах.

– Да ну?

– Ну да! – фыркает как ежик девчонка и добавляет строго: – Сумка моя где, товарищ бандит?

– В машине осталась, – вздыхаю я и уже тянусь к сотовому. – Сейчас принесут.

– Принесут? – удивляется Надежда. Даже глазами наивно хлопает.

– Да. Кто-нибудь из охраны сейчас доставит, – повторяю как для неразумной. И тут же отправляю сообщение на пост.

– А ваш мини-поселок охраняется? – смотрит изумленно.

– Конечно!

– А зачем? За свои шкуры боитесь?

– Мы ничего не боимся, девочка, – кидаю на гостью снисходительный взгляд.

 – Но так спокойнее.

Усевшись напротив, напрочь забываю о недочищенной картошке. Беззастенчиво разглядываю Надежду. Будто стараюсь впечатать ее образ в память.

Да фиг вам! Он уже там впечатан с первой минуты встречи. Маленький носик пуговкой, румяные щеки и чуть раскосые глаза под ворохом ресниц, если, конечно, они не нарощенные.

– Полиция все равно войдет, сколько охраны ни поставь. Это только от ваших подельников… – сердито замечает Надя, явно стесняясь моего внимания.

А я ничего с собой поделать не могу. Жру взглядом и остановиться не могу. Так бы смотрел и смотрел.

– Погоди, – рыкаю изумленно. – Каких подельников? Ты о чем?

Надежда закашливается, поперхнувшись вином.

– Все! Я молчу. Отпусти меня, пожалуйста! – затыкает рот рукой. – Я ничего не знаю.

В два шага оказываюсь рядом. Опираюсь о спинку стула, с обеих сторон отрезая девчонке путь к побегу. Надежда вздрагивает от страха.

Даже зрачки расширяются.

Нет, не на такой эффект я рассчитывал.

– Надя, – убираю с лица лишние прядки. – Посмотри на меня. Я не причиню тебя зла.

Легонько касаюсь пальцами тонкой шеи. Кожа нежная, гладкая. Одна рука бежит вниз, а другую кладу на затылок. Притягиваю девчонку к себе и впиваюсь в губы злым поцелуем.

Хочу я ее. С первой минуты как увидел, хочу.

В груди взрывается плотина напряжения. Надины кулаки не в счет. Она стучит по моему плечу, требуя остановиться.

А сама языком такие фортеля выписывает.

Не отрываясь от сладких губ, подхватываю девчонку под бедра.

– Девочка моя, малышечка… – на всех парах пру в спальню.

И Надежда моя не противится. Обняв меня за плечи, трется всем телом.

Вот и хорошо… Мне как раз такая жаркая и нужна.

Ввалившись в спальню, вместе с девчонкой падаю на застеленную кровать.

– Давай, милая, – прошу, стаскивая с плеча тонкую бретельку красного сарафана.