Личная слабость полковника Лунина

 – Слышал, Юра, она оскорбила меня при исполнении.

– Да хватит тебе, – просит тот раздраженно. Но у него звездочек на погонах меньше. Коля у нас капитан, а этот – лейтенант только.

Смотрит в зеркало заднего вида, не скрывая жалости.

– Не твой сегодня день, девочка!

– И никакой Морозов тебе не поможет, – весело продолжает Дудков. – Во-первых, Тимофей наш уехал из города, а во-вторых, не станет он с Тором из-за тебя собачиться. Сама подумай, Щербинина!

По большому счету Коля прав. Не будет мэр Шанска ссориться с главным врачом роддома из-за обычной медсестры.

Утирая слезы, отворачиваюсь к окну. Там, на улице неспешно идут куда-то люди. Едут машины. Хватаю глоток свежего воздуха. И дышать не могу. Очень тяжело!

– Выходим, Щербинина, – командует Дудков, когда автомобиль, проехав пару кварталов, тормозит на парковке отделения полиции.

Все. Мышеловка захлопнулась. Душу заполняет тяжелая паутина безысходности. Хоть вешайся от отчаяния. Никто мне не поможет. Никто!

Глава 2

Это была не любовь! Глупо убиваться.

Но от обиды и безысходности меня колотит мелкая дрожь. Обхватив себя обеими руками, сквозь слезы смотрю на маленькую узкую комнату, больше смахивающую на коридор. Снова с содроганием таращусь на двухэтажные кровати, прибитые к полу. Придирчиво выбираю самую чистую. Но даже заставить себя не могу сесть на черное потрепанное покрывало.

«Какая же ты сволочь, Витя!» – думаю с горечью о любовнике. Теперь уже бывшем.

Но больше всего корю саму себя. На что надеялась? Зачем ждала? Почему верила каждому слову Торганова и его отмашки «сейчас не до этого!» воспринимала как должное.

– Да не любит он тебя, Надя! – приходят на ум слова известной всему Шанску гадалки Юны Петровны. – Тебе другой мужик по судьбе идет. Он сейчас женат. Как освободится, сразу в твоей жизни появится. Вот с ним ты будешь счастлива. С Витькой – нет.

– Так уж и сразу, – усмехаюсь я недоверчиво. И не верю ни одному слову Юны.

– А кто его спрашивать-то будет? – фыркает она недовольно.

– А какой он? – спрашиваю, стараясь не расхохотаться.

– Наглый, – с благоговением произносит она.

– Хорошее описание, – киваю я, не скрывая ехидства.

И по дороге домой рассуждаю примерно так. Мужик придет, когда освободится. Если найдет дорогу, конечно. Компаса у него нет. От меня ничего не зависит. Сидеть и ждать? Так лучше в компании с Витей.