Личный трофей опального генерала. Часть 2

 – Почему Лариса меня вынуждена просить? Что за детский сад, Бек?

– Я Ларе скажу, – устало вздохнул Кирсанов и от досады даже потер переносицу.

«Лишь бы сдержаться, твою мать», – пронеслось в голове.

– Больше она вас не побеспокоит, товарищ генерал, – заверил он Гоголя и, полагая, что разговор закончен, добавил: – Сейчас наберу. А я занят был. Провожу проверку на базе. На завтра марш-бросок запланирован с полной выкладкой…

– Кому ты втираешь, Бек? – недовольно усмехнулся Егоров. – Ларисе не звони.

Сразу езжай в госпиталь. Договаривайся с врачами. Я, конечно, административный ресурс включил, коли до тебя достучаться не могли. Но дальше сам, ладно?

– Ничего не понял, Николай Васильевич, – беспокойно пробубнил Кирсанов и даже подскочил из-за стола. – Лара в больнице? Что случилось?

– Да мы все тут, – прорычал шеф. – Александра Андреевна в тяжелом состоянии. Сейчас по скорой привезли. А ты непонятно где ошиваешься, да еще трубку не берешь!

– Где она?! Что с ней?! – рявкнул Бек не сдерживаясь.

 – Я уже еду! – проорал он, срываясь с места. – Говори точный адрес, бать!

Глава 5

Из-за усилившейся головной боли уснуть Саньке так и не удалось. Да и при каждом движении казалось, что под черепом перекатывается пудовая гиря. Она слышала, как рядом недовольно кряхтел и ворочался Кирсанов.

«Не спится вам, товарищ генерал», – ехидно пробурчала про себя Александра и уже собралась попросить мужа принести обезболивающее, но, пока раздумывала, Кирсанов заснул, и на всю спальню раздался храп благоверного.

Опустив на голову подушку, Александра закрыла глаза и попыталась уснуть, но от генеральского храпа голова разболелась еще сильнее.

«Встать бы и уйти на диван, – подумала она, но тут же поймала себя на мысли, что сил двигаться больше не осталось. Даже дотянуться до мужа и пнуть его коленкой показалось Александре непосильной задачей. – Интересно, а если он в засаде уснет, то себя храпом выдаст? Там не спят, – мысленно усмехнулась она.

 – И не сидят генералы в засаде. По рангу не положено». Александра дернула головой и тут же поморщилась от резкой боли. Прижав подушку к уху, она откатилась на самый край кровати и, почувствовав небольшое облегчение, провалилась в глубокий тревожный сон.

«Даже не сон, а кошмар какой-то», – мысленно ужаснулась Санька, вспоминая, как падала в огромную шахту, а к ней со всех сторон тянулись руки. Тонкие женские с маникюром и грубые мужские лапищи.