Одна из двух

Сын разжал кулак, и я увидел обломок серебряного украшения. Кораллы и жемчуг были местами выбиты. Тонкие завитки покорежены, видимо зубами лиуров. Но я узнал его сразу. Моя жена, не снимая, носила этот браслет на щиколотке. Подарок родителей на совершеннолетие.

– Где? – рявкнул я, не в силах сдержаться.

– У лиуров. – Мойн мотнул головой по направлению к плато. Глаза моего взрослого сына наполнились слезами. – Когда мы спустились в пещеру, они еще ели жертву, и нас не заметили. Сама нора большая, змеи находились в глубине.

Мы спрятались в небольшую нишу около входа. Там обнаружил этот обломок, в углу валялся. Лиуры, наевшись, запечатали жертву и кинули рядом. Дальше ты знаешь. Это браслет уммы? – слезы высохли, глаза сына горели ненавистью и жаждой возмездия.

– Да, Мойн, – сдержанно кивнул я, хотя хотелось заорать на всю степь. И выть, выть от безысходности. Моя Ренца тоже находилась в этой пещере. Её так же медленно ели.

– Отец, пожалуйста, давай поможем этой девушке! – взмолился Мойн.

 – В память об умме. Ей никто не пришел на помощь. А девчонку трезов мы еще можем спасти.

– Завтра отобьем ее, сынок, – устало согласился я. – Иди спать!

За ночь я не сомкнул глаз. Сидел, курил трубку, набитую смесью сухих листьев нузы и ммонге. Вдыхал едкий дым, размышляя. Я всегда считал, что моя жена погибла во дворце Заарханна, находящемся в степи, неподалеку от плато. А теперь получается, что ее выкрали и просто скормили лиурам, а потом подбросили во дворец кисть руки. Кто это сделал, хотел бы я знать? Я найду всех причастных к гибели Ренцы, и возмездие будет страшным.

Глава 5

Цита

Мои мучители угомонились быстро. Легкий ужин. Кусок моей печени плюс несколько глотков крови. От дурманящей мозг боли я почти ничего не соображала. Только чувствовала, как на меня слоями намазывают густую вонючую слизь, быстро превращающуюся в твердую корку. Дышать становилось все труднее. В нос набилась липкая масса и там затвердела. Я закашлялась, начав задыхаться.

Но в этот момент произошло что-то странное. По корке прошелся нож, разрезая мой саван. Чьи-то руки быстрыми движениями убрали с лица толстый слой засохшей слизи. Я услышала шепот, тихий, словно кашляющий звук. Стретты. Только этого не хватало. Все знают об этом кровожадном народце. Из глубин памяти внезапно выплыло лицо паренька в военном мундире. Он смешно растягивал губы, произнося незнакомые слова, будто кашлял. Кто это был, кем мне приходился, я не знала.