Месть

Не могу подобрать слова чтобы ответить.

– Славно. Если б мне об этом рассказал другой человек, я бы решила, что он спятил. Но это рассказываешь ты… и… я всё равно думаю так же. Только о себе. – настаёт тишина. – Мне страшно. Мне сказали, что устройство убьёт меня.

Он молчит.

– Ты знаешь об этом? – я смотрю на него в ожидании.

– Знаю.

Он не хотел произносить это.

– Я знаю, как устройство попало к тебе, но так и не понял, как ты оказалась ночью на Крайней улице одна?

– Мои родители многое мне не говорят, как будто что-то скрывают, и я тоже решила промолчать.

Хотела разобраться сама, как бы это не было глупо. И отправилась на то место, где устройство попало в меня. Так даже лучше – не нужно знать об этом никому, будут беспокоиться очень. Ты сам их знаешь…

Мы мчались прямо к Штабу. Здание уже было перед нами. Издалека я уже видела некоторые служебные машины агентов и их самих, собирающихся выезжать в город на очередное задание.

– Кстати, как они? – вдруг с интересом спрашивает Стас.

 – Твои родичи?

– Всё, как всегда. – я пожимаю плечами. – Ничего не изменилось с того дня. – я поворачиваюсь к Стасу. – А как твои?

Выражение лица парня мгновенно меняется:

– Никак. – отвечает он.

– То есть?

– Их нет.

Я немо открываю рот, и не могу поверить в то, что сейчас сказал мне Стас. Я давно знала его семью, и хорошо помню их до сих пор.

– Стас…

Но он не даёт продолжить мне фразу. Парень резко меняет тему.

– Я должен рассказать тебе многое. То, что теперь тебе так необходимо.

 – Стас поворачивает к отсеку с автомобилями и заезжает внутрь. – Итак, – его тон меняется на служебный. – Вероника Морозова, с сегодняшнего дня ты упорно тренируешься вместе с нами, обучаешься всему, что умеем мы. Ты должна уметь постоять за себя, когда останешься одна. (Я ведь не всегда могу оказаться рядом) Всё это время мы будем изучать устройство и пытаться всеми возможностями его отключить. Георгий Борх единственный знает, как это сделать. И мы обязательно его найдём. Ты должна не рассказывать об этом ни единой душе. И чётко выполнять наши требования. Тебе ясно?

– Да ясно, – наплевательски отвечаю я и отстёгиваю ремень.

– И ещё: по скольку я твой Опекун, ты должна меня слушаться – самодовольно заулыбался Стас.

Я смотрю на него укорительным взглядом, а затем тоже натягиваю пафосную улыбку.

– Ты мой Опекун, а значит должен выполнять мои просьбы.

– Тоже верно. – говорит Стас.

– Так вот, – я приближаюсь к нему.