Любовь, закон и вечность

И чего сопротивляется, уже давно бы поиграл и бросил, столько же вокруг миленьких, одиноких, ждущих меня. – улегся на кровать, взял мобильный. – Светик! Привет, спишь? Вали ко мне. И что? Возьми такси.

****

Владислава пришла в себя под утро – голова ужасно болела, во рту пересохло, шея ныла. Провела рукой и нащупала припухлость. Открыла глаза, собираясь подняться и увидела Вел.

– Мама? – удивилась она, не помня ничего.

– Доченька! Как ты, сокровище мое?

– Не очень, а чего ты здесь, что со мной?

– Владочка! Ты ничего не помнишь?

– Помню что? Что я должна помнить? – прищурилась, напрягла память – ничего.

Кроме того, что Рома ее провожал. – Мам, а где Рома?

– Рома в больнице, очень плох. На нем и места живого не оставили. Господи, кто же на вас напал?

– Напал? – Влада с трудом присела и опять потерла шею, где начинал зудеть укол.

– Дочь, неужели ничего не помнишь?

– Нет. – замотала она головой. – Рома решил меня провести, я тебе позвонила, уговаривала его остаться у нас, что-то случилось в общежитии.

– Да, отопление отключили. Мы с тобой поговорили. – Вел вопросительно смотрела на дочь.

– Да, да. Мы подходили, я еще подумала, отчего же так темно на улице… – Влада взялась за голову, та была настолько тяжелой, что с трудом держалась на ее тонкой шее. Однако постепенно проявлялись картинки прошедшего вечера. – Точно! Не горели фонари, а потом Рома отлетел от меня. Я думала, он поскользнулся, сама чуть не упала. Не помню, пусто, словно стерли. Ой, как же плохо мне и пить хочется.

 – Она опять опустилась на подушку и Вел подала ей чашку:

– Только не пей сразу много, пару глотков. Счастье-то, какое! Если бы не Мэйсон, то я…

– Мэйсон? А он-то, откуда взялся?

– Мира сказала – услышал, даже не так, унюхал, как не странно звучит, что с тобой беда, понесся, бросив ее у дома и вот, успел.

– Ух, ты! Выходит, я ему должна.

– Нет, это мы с отцом ему обязаны. Да, вот так получается.

– Мам, а что там случилось?

– Никто не знает, думали, ты проснешься, расскажешь.

Мэй сказал: мужчина был, сильный и высокий, сумку не тронул, а вот парнишку покалечил. Значит, не помнишь.

– Нет. Все как-то быстро оборвалось.

– Все-все, не перенапрягай голову, значит так надо. Мы все равно его найдем. – Влада зевнула. – Спи, красавица, еще очень рано и я пойду, посплю часик. Вода на столике, а может Виен позвать?

– Нет, нет, все хорошо, иди. Голова немного шумит, но пройдет.

Вел поправила одеяло и ушла.