Не выходя из тени. О чем говорит твоя ДНК

Но не это его заинтересовало. Тонкая дорожка, словно усыпанная блестками, убегала куда-то вдаль. Трофим поднялся. Шагах в двадцати от них нечто ярко горело. Не говоря Изольде ни слова, прошел вперед, сдвинул песок и достал камушек. Усмехнулся, подбросил его. Изольда сидела, наблюдая за ним.

– Прости! – протянул ей находку: – Заметил блеск и вот!

– Это янтарь?

– Да! Прямо сверху, да такой большой и редкий. Видно, и правда ты полюбилась Гному.

– Прекрати рассказывать сказки.

– Какие сказки?! Камень у тебя в руках.

– Случайность.

– Золь, а ты волосы красишь?

– Что?

– Ты, случайно не рыженькая?

– Не любишь рыжих?

– Причем тут это? И разве трудно ответить на мой вопрос одним словом?

– Нет, не трудно. Не рыжая и не блондинка. У меня цвет волос смешанный, поэтому и подкрашиваю.

– Ты очень красивая. – ответить не дал, подарив ей долгий и страстный поцелуй.

****

Жаркий, солнечный день был в самом разгаре, когда Трофим решил отвезти Изольду домой.

– Останови, пожалуйста, останови! – неожиданно закричала она. – Смотри! Там круглый ствол.

– Изольда! Напугала. Я-то думал, а оно вон что! Все они тут фигуристые. – состроил строгую мину и даже нахмурил брови.

– Не будь букой!

– Я сама доброта.

– Ага! – махнула она рукой и открыла дверь. Однако, прежде чем выйти, сказала: – Ты помнишь предсказание – кто пролезет через круг, у того исполнится самое заветное желание.

– Я слышал другое, в основном женскую версию – кто пролезет, тот похудеет. Тебе зачем? Ты и так маленькая, стройненькая.

– Не хохми. Хочу желание! Давай, пойдем.

Фима ленно вышел из машины, подошел к дереву, которое очень заинтересовало Золю, почесал подбородок и рассмеялся, представив себя, двухметрового, пролезающего через дупло.

– Чего смеешься?

– Не хочу застрять. Так что, пожалуйста, помоги мне исполнить мое желание.

– Ну тебя! – махнула рукой и нырнула в круг, с легкостью и проворством встала с другой стороны.

– Спасибо! – низко поклонился Фима.

Золя не ответила, держась за ствол, что-то высматривала. Ее раскрасневшиеся щеки как-то несвойственно бледнели. Фима подошел ближе и став рядом, старался понять, что она ищет. Как Изольда сообщила сама, но почему-то шепотом:

– Там, за тремя соснами, ее могилка.