О вас я подумаю завтра

Дал ей стакан и, обняв, придвинулся как можно ближе, повернулся вполоборота, любуясь счастьем, которым та светилась, затем, смотря ей в глаза, сказал:

– Ев! Я заинтригован.

– И чем же это? – беззаботно спросила Евгения, улыбаясь рожицам мужа, а главное тому, как сквозь темные очки на них поглядывала Вел. «Поревнуй! – подумала Гения. – Не все ж тебе меня подкалывать!» И отдала Эду все свое внимание, повторив: – Чем, дорогой мой, ты заинтригован?

– Можно подумать ты не поняла.

Твоими словами о вон той сладкой парочке, об Вел и Дэне.

– Эд, ты сбрендил?! – вырвалось у Ев немного громче, чем хотелось бы. Дэн сразу же обратил на них внимание, да и Вел насторожила ушки.

– Вот чего кипятишься? – Эдгар сжал ее плечико, улыбнулся самой соблазнительной улыбкой, приподнял руку и коснулся губами косточки на сгибе кисти. – Сама же, неоднократно, намекала.

– Так, так! – Дэн подался вперед.

 – С этого момента подробней. – и тут же, как настоящий юнец, в пике своего мужского развития, откинулся назад, привлекая за собой Вел. Прижал рукой покрепче ее плечо, совершенно не обращая внимания на брата и, даже не задумываясь, что тот может ревновать. – Что там у нас с Валери? – если бы он сейчас, даже по-братски, поцеловал ее в щеку, то Эд не выдержал бы, сорвался и даже сам не знал, что устроил бы. Но Дэн, на его счастье, этого не сделал.

– Слушайте, мужчины! – выпустила колючки Ев. – Вы иногда бываете такими… – она сдержала рвущееся наружу словечко, сжала челюсть и проговорила, более спокойно: – Невыносимые!

Дэн хихикнул, а Эд отвернулся от нее, вальяжно сел и, глядя на брата, продолжил:

– Да, я такой! Но именно от тебя, любимая моя сестрица, я неоднократно слышал, недовольство тем, что Вел посягает на, заметь, твоего мужа!

– Допустим – этого я не говорила!

– Тебе процитировать? – тон Эда поменялся.

Именно в этот момент Дэн понял – брат раздувает из мухи слона и шуткой тут не пахнет.

– Эд! Не заводись! – проговорил он, убирая руку с плеча Вел и отсаживаясь чуть дальше. – Такое утро. Нет же ничего и быть не может. Вел – моя сестричка, да, не спорю, любимая. Что стукнуло тебе в голову?

– Объясните и я успокоюсь.